Сделав еще пару мазков языком, Гаррик подался вперед, ткнувшись мордой мне под капюшон; его влажный нос скользнул по шее. Я замерла, когда его челюсть оказалась в опасной близости от моего горла. Рука, оставшаяся на его плече, скользнула по спине и вернулась к затылку, прижимая его к себе. Его вибриссы щекотали кожу, а дыхание согревало воздух между нами.

Крик Элизы прервал момент:

— Нам пора, бой смещается в эту сторону!

Поднявшись, я быстро вернула маску на место. Гаррик снова припал к земле. Поправив рукав и затянув манжет, я в последний раз взглянула на него и вышла из нашего укрытия. Я заставила себя не оборачиваться — это не прощание. Но я посмотрела на Элизу и остальных пантер. Хоть я и молчала, уверена, они считали угрозу в моем взгляде и в том, как дернулся мой хвост. Если с ним что-то случится, я вас всех переубиваю.

Раскрыв крылья, я взмыла в небо. Я не могла лететь к зданию охраны по прямой: несколько Ангелов тут же заметили меня и сменили курс. Выхватив кинжал, я вступила в бой. Новое пламя в венах гнало меня вперед, и я сбивала одного за другим. Эти твари пытались разрушить мое обретенное счастье, и я уничтожу каждого из них, если придется.

Я уже почти добралась до цели, собираясь сесть на крышу, когда со стороны общежитий по двору пронесся поток огня и яростный рев. Несколько существ встретили свой жаркий конец; их крики перекрыли шум битвы.

На мгновение я испугалась, что сейчас взлетит еще одно здание, но вместо этого огромный оранжевый дракон бросился на группу Ангелов — тех самых, что пытались выследить Майло.

Сердце остановилось: я мгновенно узнала в драконе Уайатта. Но оно разбилось вдребезги, когда я увидела, как четверо Ангелов взмывают в небо, сжимая в когтях Майло.

Глава 42. Майло

Мы успели. Добрались до общежития и были внутри вместе с гвардейцами, когда нам приказали немедленно убираться. Сказали, здание может взлететь в любую секунду. Впрочем, мы и не собирались там задерживаться — Тациты среди тех, кто укрылся на нижнем этаже, не было.

Голову сдавило так, что, казалось, череп вот-вот треснет. Очередная волна заставила меня принять человеческий облик: сила, с которой они ломились в мой разум, слишком измотала кота, и я больше не мог удерживать трансформацию. Я едва слышал, как Уайатт спорил с гвардейцами, требуя оставить нас в покое. Я чувствовал: Ангелы снова пытаются прорваться, полные решимости найти меня. Теперь они были совсем близко.

Нас было немного, но Ангелы заметили группу, как только мы покинули укрытие. Надо отдать гвардейцам должное: они умело отбивали атаки, сопровождая нас к офицерскому корпусу.

Но мы не дошли.

Я увидел их сразу, стоило нам выйти на открытое пространство. Ноги будто пустили корни, я судорожно сжал ладонь Уайатта, переплетая наши пальцы. В нос ударил резкий запах паленой плоти, а следом накрыло вонью самого черного дыма, какой я только встречал в жизни. Воспоминание было настолько отчетливым, будто я снова оказался там и проживал всё наяву. Я не мог кричать — просто не знал как. Я отчаянно пытался сбежать, пока они меня не нашли. Те трое, что стояли сейчас в нескольких метрах. Ангелы.

Тогда они были без крыльев. По крайней мере, поначалу. Они «спасли» меня, а затем завербовали. Заставили согласиться на помощь в качестве платы за спасение.

Один из них, самый низкий и агрессивный, обернулся, словно почувствовал мои мысли. Глаза встретились, его зрачки расширились от мгновенного узнавания. Это один из тех, кто целый год жил в моей голове.

Остальные тоже быстро зацепились за меня взглядом.

Всё кончено. Они нашли меня, и теперь не сбежать.

— Майло, что не так? — спросил Уайатт, проследив за моим взглядом. — Это они?

Я не мог даже кивнуть. Попытался вырвать руку из его ладони — хотел спасти его. Я знал, что они видели его в моих обрывках памяти, но он человек. Он их не интересует.

Мы отстали от основной группы, но двое гвардейцев заметили это и вернулись за нами. Для них это стало роковой ошибкой: на нас спикировала шестерка Ангелов. Они разделились: двое занялись нашими защитниками-демонами, четверо сосредоточились на мне. Одного из гвардейцев убили мгновенно — противник выхватил ледяной клинок и вогнал его в мягкую плоть под челюстью, пронзив мозг. Второй пытался сопротивляться, но против троих у него не было шансов. Те трое, что не участвовали в драке, не замедляясь, шли к нам.

— Вы его не получите! — выкрикнул Уайатт с такой убежденностью, что в груди на миг потеплело. Он задвинул меня себе за спину.

Боль в черепе усилилась, и мне пришлось опереться на него, чтобы не упасть. Зрение затуманилось, когда раскаленная белая молния заставила меня окончательно потерять контроль.

— Он и так наш, — отозвался коротышка.

Я запомнил момент, когда нас с Уайаттом силой оторвали друг от друга. Помню это жуткое чувство: я касаюсь его в последний раз.