- Ничего, - заверил я папашку, - душа подстраивается под тело, я уже себя ощущаю максимум на тридцать, и процесс «омоложения» явно не завершен – того и гляди, до подростковой дичи докачусь…

- Ну, этот недуг мы врачевать умеем, - кхекнул Ромодановский. – Розги в гараже, делов-то. Но опыт – не рассасывается?

- По счастью, нет.

- Это главное. Ты во много раз умудреннее любого недоросля… Ладно, к делу. Лича упокоил?

- Да. А после него еще и носферату.

Князь остановился, как вкопанный, и незатейливо, но обильно матерился с добрых полминуты.

- Ахти мне, многогрешному… Заснять-то хоть вышло?

- Скорее всего, что-то вышло, но проклятый кровосос разбил мне планшет, так что…

- Попробуем выцарапать, - и обратился ко второму старику: - Саня, у тебя есть спецы по всем этим современным планшетам-хренетам?

- Митька может, - кивнул тот. И ехидно добавил: - Может, познакомишь с тем, за чье здоровье третий день… э-э-э… волнуемся?

- Ах ты ж! – хлопнул князь себя по лбу. – Федя, это Александр Филиппович Азаров, Обоянского гусарского полка полковник в отставке. С ним – шестеро отставников из его же полка. Саня, позволь тебе представить отцовскую гордость – сын и наследник рода Ромодановских княжич Фёдор Юрьевич.

- Занятный случай со мной приключился, молодой человек, когда захотелось мне в Тарусе по душам побеседовать с редактором тамошней газеты…

- Он хоть жив?

- Целёхонек, - заверил меня полковник. – Сомневаюсь, правда, что в обозримом будущем вместе с дядей интриги какие плести станет: страшно-с!

И мы, рассмеявшись, пожали друг другу руки и все вместе медленно пошли ко входу в дом.

- Господин полковник, - подбежал к Азарову его боец, едва мы переступи ли порог дома. – Первичный осмотр территории завершен. Очагов сопротивления не выявлено. В ходе осмотра обнаружено двадцать восемь трупов, все вооруженные в разной степени.

- Вольно, Митя, благодарю за службу, - кивнул Азаров. – Прими задачу. В процессе боестолкновения пострадал ценный прибор, содержащий запись этого самого боестолкновения. Надо попробовать ее восстановить.

- Есть! – козырнул Митя, и я передал ему руины своего планшета.

Тем временем князь увлеченно писал что-то в своем смартфоне.

- Идем дальше? – спросил я.

- Да, пошли, - Юрий Григорьевич убрал гаджет в карман и приобнял меня за плечи. – Сильно пострадал?

- Побили крепко, и нож в левом плече.

- А выглядишь молодцом.

- Эликсир, - коротко пояснил я. – Правда, больше не осталось.

- Оно, может, и к лучшему, - пробурчал отец. – Вся эта алхимическая дрянь…

- Полностью согласен. Но, чтобы она не требовалась, придется многому научиться, чем я в ближайшее время и займусь. Так, господа, мы пришли, вот он, тот зал.

Князь с интересом огляделся. Подошёл к камину, щелкнул пальцами – пламя исчезло, причем вместе с полусгоревшими дровами и золой. Прохладнее в зале, однако, не стало.

- Косточки-то он свои паскудные, конечно, грел. Только не камином, - прокомментировал князь.

- Но пепел туда вытянуло моментально, - возразил я.

- Так одно другому не помеха, камин-то настоящий. Только вот что в нем?

- Пойдем посмотрим?

- Ни в коем случае. Привыкай, что на всякое дело свой человек найдется. Саня, давай пару бойцов пошлем исследовать камин?

- А давай. Иван, Андрей – осмотрите там всё. Ищите потаённые загогулины всякие, наверняка старый хрен тайник там устроил.

- Есть! – и двое гусар (что они бывшими не бывают, сам догадался, нечего полковника дразнить) занялись камином.

Мы с князем, отделившись от прочих сопровождающих, сели в дальнем конце стола. Родион и Шаптрахор, получив краткое указание, отправились проводить приблизительную инвентаризацию хозяйства.

- Тяжело было? – негромко спросил отец.

- Очень. Против вампира – не держался вообще, он со мной как кошка с мышью… Если б не Есугэй…

- Эх, кабы знать-то. А так, за вычетом носферату – нравится здесь?

- Да, веришь ли, детально присмотреться не успел пока – не до того было. Сперва дрался, потом в себя приходил, а тут и вы пожаловали. Но по первым впечатлениям, весьма неплохо.

- Давай, твоим будет? – предложил князь.

- А что, можно. Что с бою взято – то свято. Переименуем в Ромодановку…

- В Ромодановское, - мягко поправил князь.

- В чем смысл разницы? – не понял я.

- Храм поставим, - пояснил он. – Ты сам-то как, в бога веруешь?

- Верую, - честно ответил атеист с почти семидесятилетним стажем, убитый молнией в лоб. – Но не набожен.

- Это неважно, - махнул рукой отец. – Главное, это репутация. Уверяю тебя, у покойного князя Лыкова она была – хуже некуда. Его спасали два момента: лояльность Грозным и редчайшая специальность: он был спиритуалистом. После его долгожданной кончины в стране осталось ровно два спиритуалиста, причем один-то, ладно, в Александровой Слободе, а второй аж где-то на Дальнем Востоке. Построим храм, и сразу станем понятнее, роднее и ближе. Согласен?