- И вообще, - перебил я его. – Что это за потребительская позиция? «Дорогой наш царь-батюшка, подай нам, сирым и убогим, сделай по нашему хотению»… Да с чего бы вдруг? Нет, драгоценный вы мой краевед. Как историк, вы обязаны знать, что нытье с челобитьем результата не приносит.

- Но что ж тогда? – опешил он.

- Вам дорог этот двор? Что там сейчас, кстати?

- Пустырь, бурьяном поросший, - вздохнул историк.

- А почему там пустырь? Что, на пустыре написано, что он исторический? Если не написано – как купцу узнать, что он на что-то там святое и значимое руку поднимает? А облагородить и ввести в оборот поросший бурьяном пустырь – дело вполне себе богоугодное, не так ли? Так вот, если там всё так ценно и исторично, почему на месте двора до сих пор нет тематического парка о стародавних временах? Почему никто не знает, какое у нас в Тарусе есть замечательное место? Вот что я вам скажу, Модест Платонович. У вас есть цель – это похвально. Но ее не надо выпрашивать – это слабая позиция, обреченная на провал. За мечту надо непременно бороться! Вот это – позиция уже сильная. Представьте проект образовательно-развлекательного исторического парка. Обоснуйте его. Посчитайте примерную смету. А вот когда градоначальство пошлёт вас со всем этим в… в общем, далеко – вот тогда у вас появится повод лезть выше. Но не со слёзной «петицией», а с готовым проектом, обладающим ценностью на уровне, как минимум, губернии.

- Ох… - кажется, он сейчас заплачет. – Как всё сложно…

- Поверьте моему житейскому опыту, - представляю, как мощно звучит эта фраза в устах жирного безусого пацана, - только борьба, только бесстрашная активная позиция позволяет добиваться цели. Так что жду от вас серию очерков об этом самом князе и его замечательном дворе. По улицам меня ловить не надо, приносите в редакцию. Засим позвольте откланяться, - и не дав потрясенному краеведу вставить хоть слово, коротко кивнул ему и пошел домой.

Как же легко и приятно быть нонконформистом, жаждущим борьбы! Особенно, если перед тобой не маячит грантодатель со своими хотелками, а в тылу не голосит жена, у которой прошлогодняя шуба успела безнадёжно морально устареть. Так, срочно позавтракать – и на работу.

С квартирным хозяином, надо сказать, мне сильно повезло. В том смысле, что Никанор Семёнович, довольно преклонных лет обыватель города Тарусы, оказался честным и принципиальным алкоголиком. Честным – потому что никогда не скрывал образа жизни, к коему стремился всей душой. Принципиальным – потому что никогда не пил дома. Эта привычка сохранилась у него со времен семейной жизни. Супруга его, правда, устав быть вдовой при живом муже, лет десять как бросила его и вернулась в родную деревню под Козельском. Но Никанор Семёнович, несмотря на этакий удар судьбы, принципам геройски не изменил и продолжил напиваться где попало, домой приходя исключительно в трезвом виде. Я со своей полутысячей денег избавил его от длительной абстиненции и подарил надежду на весьма продолжительное светлое будущее, так что, по расчетам, домой наш лендлорд вернется в аккурат через месяц, к следующему платежу за аренду жилплощади.

Поэтому завтракал я в гордом одиночестве, домовой на глаза показываться не спешил. Ну и ладно.

Одежный магазин я сообразил посетить ещё вчера, так что носил теперь нормальные джинсы, белую футболку безо всяких провокационных надписей, и был гораздо более похож на жителя земщины, чем на фанатеющего от орков неформала, каким впервые ступил на тарусский берег. В таком нейтральном виде и прибыл на работу в редакцию.

- Доброго дня, Фёдор Иванович, - приветствовала меня ответственный секретарь Екатерина Матвеевна, сухая строгая дама слегка за шестьдесят. И не преминула ввернуть шпильку: - А вы не торопитесь на работу.

- Торопиться следует медленно, дабы не пропустить что-либо важное, о чем придется потом сожалеть и горевать, - ответил я.

- Это кто так сказал? – Заинтересовалась ответсек. – Я, знаете ли, коллекционирую афоризмы.

- Это я сказал, так что можете честно указать: Фёдор Нетин, редактор «Тарусских вестей». Так, к делу. Сейчас вычитаю имеющиеся материалы, а после обеда начнем вёрстку.

- Хорошо. Вот, возьмите ещё – срочные новости из губернии. Оригиналы у вас в многозадачнике, - она указала на типичного вида компьютер, - в папке «почта».

- Спасибо, - кивнул я, сел за стол, включил комп и погрузился в чтение распечаток срочных новостей.

«Отдел безопасности движения полицейского управления сервитута Калуга. Согласно постановлению городского головы, с сего дня на территории сервитута полностью запрещено использование средств индивидуальной мобильности, в основе механизма передвижения использующих полёт. Данное решение продиктовано участившимися случаями травматизма, особенно среди несовершеннолетних».

Похоже, калужским самокатчикам (или самолетчикам?) крупно не повезло, и теперь у них печалька. Ладно, смотрим дальше.