Жизнь в Корсуни постепенно налаживалась. Открылись лавки, мастерские, булочные. Да жетоны на продукты никто не отменил, но нормы продуктов увеличились.

По просьбе жены нового Городничего Элизабет Кинсли вновь открылись школы…. До осады в городе работало пять школ. Не было денег, чтобы платить учителям. Я подсказала Лизе, что нужно увеличить продовольственную корзину бывших учителей вдвое, выдав нужное количество жетонов на продукты. Тогда многие вернутся на работу. Людям нужно кормить семьи. Многие согласятся работать за увеличенную продуктовую корзину.

Через неделю все пять школ Корсуни открылись. Все учителя, кто не сбежал из города, вернулись к своим обязанностям. В первый день марта все школы распахнули двери для детишек Корсуни.

Драконы из Городской Управы выделили дополнительно продукты для организации небольших обедов в школах города. Узнав, что в школе будут кормить, родители охотнее отправят своих нерадивых детишек учиться.

Быстро пролетел февраль…. За ним март…. Весна в этом году была ранней, и очень быстро пришла на смену холодной снежной зиме….

Элизабет два – три раза в неделю приглашала меня с девочками и Саломеей Талбот на обед. Вечером нам всегда буквально пихали в руки небольшую корзину с угощениями. Также сама Лиза постоянно забегала к нам в гости, пока её младший сын Ривен был в школе. Старший Сарен, всегда был рядом с отцом, неся службу наравне с другими перевертышами.

Я часто замечала грустные взгляды Лизы, устремленные на играющую малышку Николину. В сердце этой славной женщины незаживающая рана. Она до сих пор ноет и кровоточит….

Эран Кинсли помог Академии с поставкой дров, свечей, канцелярских принадлежностей и конечно же продуктов….

Адепткам увеличили нормы питания. Последним обозом из Санлиса привезли обещанные ткани. Ситец, сукно, лён, сарсенет на верхнюю одежду. Каждая адептка получила в подарок за службу в госпитале отрез ткани на новое платье.

Дживан принес отрез дамастина, шелковистого тонкого сукна, потрясающего мятного цвета. А еще маленький отрез нежно голубой туали и кремового льна. Джоанна Гилмор предложила раскроить оба отреза и скомбинировать красивые летние наряды для Николины и Агнес. Госпожа Салли настояла, чтобы из дамастина мятного цвета сшили новое платье для меня.

Получив свой отрез синего сукна в Академии, я отнесла ткань Маргарите Орвиль.

Каждую неделю я отдавала свои жетоны на продукты этой женщине. Пару раз в неделю относила кувшинчик молока.

С приходом весны, пришлось потраться на новую обувь для Брента и Алисы. Ребятам нужно было ходить в школу. Также я оплатила канцелярские принадлежности и новые холщовые сумки для детей.

В конце февраля власти города объявили жителям о необходимости забрать своих детей из приютов. Малыши, чьи родители живы и находятся в городе, должны забрать детей домой. Для этого казна Городской Управы выделит дополнительно жетоны на получение бесплатных продуктов.

Бьянка Мортон так и не пришла в приют, чтобы забрать Брента и Алису.

Зато заявилась в Академию, чтобы разыскать меня и Саломею Талбот. Перевертыши поверили стенаниям несчастной вдовы и позволили этой дамочке пройти на территорию Академии, к дому пожилой экономки. В это время Девид, Доротея Гилморы играли с Николиной в саду. Разумеется, Бьянка Мортон увидела девочку, и быстро сложив все сведения в уме, устроила настоящее представление с рыданиями и обвинениями. Она кричала, что я украла ребенка, солгав несчастной вдове, будто малышка умерла в больнице. Сама Бьянка Мортон уже несколько месяцев оплакивает судьбу бедной сиротки. Я преступница, она пожалуется в Городскую Управу и меня бросят в тюрьму.

Дети испугались, Николина плакала, Саломея Талбот пыталась вытолкать эту мерзкую бабу со двора. Агнес не растерявшись, побежала за Джоном Логаном. К счастью пожилой перевертыш проживал почти рядом. Дживан накануне ушел в разведку.

Вдвоём с Саломеей Талбот они вытолкали скандалистку за ворота Академии. Разумеется, горе – охранники получили по шапке от экономки.

На следующий день в Городскую Управу поступила жалоба от Бьянки Мортон на адептку крестьянку Элен Стормс.

Эран Кинсли прислал за мной карету, которая отвезла меня и Элизабет в Городскую Канцелярию. Секретарь Городской Управы долго отказывался выписать мне новые документы. Элизабет пришлось очень сильно постараться, чтобы переубедить его. В ход пошли угрозы, шантаж, даже обещание помочь найти Истинную...

Через час я стала обладательницей сразу четырех новых документов. Первый гласил, что отныне я не крестьянка Элен Стормс, а Элен Виридис Нейт, признанная сестра мага Раймонда Нейта. Имя Виридис мне дал сам Раймонд Нейт. С древнего драконьего языка оно переводилось как «вновь рождённая».