— Как будто я бы отказался, — высокомерно заявляет Джулиан. — Шанс всей жизни.

Я фыркаю, но больше ничего не говорю. Они не смотрят мне в глаза; они знают, что перешли черту.

Дарси поворачивается ко мне с виноватым выражением лица.

— Прости. Мне не следовало поддаваться на их провокации. Просто... Я уверена, что ты немного на взводе, верно? Никто так и не выяснил, что именно...

— Нет, я знаю, — перебиваю я. Это первый раз, когда кто-то заговорил об этом с тех пор, как я рассказала им о маме. Наверное, ожидание и тревога наконец-то заставили их нарушить молчание. Не то чтобы я их винила, если честно. — Они так и не нашли тела, — заканчиваю я за Дарси. — Но я уверена... я уверена, что там не было ничего безумного. Она была напугана, на чужой планете, и видела, как члены ее команды мрут как мухи. Никто не захотел бы пережить это снова. А может, она просто забыла большую часть. Травма и все такое.

Дарси смотрит на меня.

— Ты хочешь сказать, что она даже тебе никогда не рассказывала...

— И на этом хватит, дети, — решительно обрывает ее Бен. — Это не поездка за привидениями. Это разведывательная миссия ПКЗ. Проверка Планеты на жизнеспособность. Понятно? Никто не должен увлекаться обсуждением пропавших тел.

— Да, сэр, — произносит Дарси, сочась сарказмом.

— Бен, — говорит он, откидывая голову на спинку сиденья и закрывая глаза. — Меня зовут Бен. Никто из вас не военный, а это «сэр» звучит так, будто я ваш доминант.

— Извините, сэр, — улыбаясь, говорит Джулиан.

Все мы замолкаем, когда входим в атмосферу. Тепло и свет проносятся мимо нас, но внутри слегка вибрирующего шаттла мы находимся в самом центре бури. Я не могу не вцепиться в сиденье, напряженно вглядываясь в иллюминатор.

А потом, в мгновение ока, мы проходим сквозь атмосферу, мы здесь, в объятиях Планеты.

Она поднимается навстречу, чтобы поприветствовать нас, неизбежная в своем великолепии. Синее море простирается под нами, словно усыпанная белыми крапинками драгоценность, широкое и мерцающее в утреннем свете. По мере нашего снижения материализуются крошечные острова, изумрудно-зеленые и нетронутые. Вскоре внизу вырисовывается большой континент, и я понимаю, что мы идем точно по курсу. Я никогда не сомневалась в работе автопилота шаттла, но напряжение все равно немного спадает. А затем в поле зрения появляются горы, заснеженные и свирепые в своей внезапности, освещенные восходящим солнцем. Глядя, как планета обретает форму под нами, я сгораю от нетерпения. Несмотря на то, что говорил Джулиан, я не боюсь того, что здесь уже произошло. Я доверяю Планете. Я готова ступить на ее берег.

В конце концов, это может стать нашим новым домом.

— Держитесь крепче, — объявляет Бен, и его голос выводит меня из задумчивости.

— Посадка должна быть мягкой, — ворчит Джулиан.

— Она и будет мягкой, — отвечает Бен. — Но на всякий случай держитесь.

— За что? — спрашивает Дарси.

— За свои шляпы, — предлагает Бен.

В воздухе витает радостное предвкушение. Мы все улыбаемся, напряжение, которое было раньше, полностью исчезло. Дарси снова пытается хорошенько разглядеть все через иллюминатор, вторгаясь в мое личное пространство.

— А я без шляпы, — говорит Джулиан.

Мы уже близко.

Земля летит нам навстречу. С замиранием сердца я понимаю, что узнаю этот лес. Я видела эти густеющие деревья и узнаю эту равнину, извилистую реку и ее яркие дугообразные старицы. Разумеется, я видела их на записях, в учебных материалах, брошюрах и на плакатах. Но ярче всего я видела их в своих снах.

Острый приступ страха поднимается из живота к горлу. А что, если посадка не будет мягкой? Мы никогда раньше этого не делали. Никто из нас не пилот; вот почему навигация автоматическая. Что произойдет, если шаттл собьется с курса? Если он приземлится неправильно? Что, если — есть так много вещей, которые могут пойти не так. Моя мать была здесь раньше, и все пошло не так. Всё. Что, если нас ждет та же участь?

Отдельные травинки с визгом взлетают нам навстречу. Цветы колышутся от обратной тяги.

— Приготовьтесь к посадке, — командует Бен.

— Блять, блять, блять, — монотонно повторяет Джулиан.

Внезапно шаттл останавливается, затем раскачивается назад и вверх. Вырванные комья травы проносятся мимо иллюминаторов, вокруг нас кружится грязь. Мы снова опускаемся, медленно, двигатели шаттла поднимают в воздух землю и куски растений.

И с мягким толчком, настолько легким, что он почти незаметен, мы приземляемся.

2

— Ну что ж, — говорит Бен, отстегиваясь и вставая. — Мы на месте, банда. Пора выдвигаться.

Никто ничего не отвечает.

— Вы в порядке? — спрашивает Бен, одаривая каждого из нас взглядом, полным нетерпеливого беспокойства.