— Я теряю часть себя. Я теряю все, кроме остатков самообладания. — Когда он повернулся ко мне, в его глазах было предупреждение. — Вырваться на свободу нелегко. И становится все труднее и труднее.

Могло наступить время, когда он не сможет остановиться. Когда монстр полностью уничтожит человека.

И когда это время настанет, меня не должно быть поблизости.

— Как ты думаешь, откуда взялась Лисса, если не от крукса?

— Никто не знает.

— Даже Востеры?

— Ага. — Он покачал головой. — Но они это чувствуют. Чувствуют неправильность происходящего. Возможно, Шестеро почувствовали, что люди становятся слишком сильными. Что их монстров недостаточно, чтобы держать нас в узде, поэтому они прокляли Каландру Лиссой, чтобы мучить нас еще большим количеством смертей и крови.

У меня у самой была такая же мысль.

— Верховный жрец считает, что это может быть мутация, — сказал он. — Болезнь, которая со временем трансформировалась, становясь все сильнее и сильнее.

— И во что же ты веришь?

Он вздохнул, слегка прижимая к себе Эви.

— Что нашей первоочередной задачей должно быть остановить ее распространение.

Убив каждого зараженного зверя.

Такова была миссия Завьера.

— Почему только три охотничьих отряда? Почему не больше?

— Нам нужны воины для охраны деревень и городов. Завьер может выделить не так много людей. Его рейнджеры — лучшие, поэтому мы полагались на их силу, жертвуя численностью ради мастерства.

— А как же король? Его армия? Или то ополчение, о котором я слышала?

Он так сильно стиснул зубы, что я услышала, как они заскрежетали.

— Это не вариант.

— Почему нет?

— Это не вариант. — Его тон не допускал возражений.

Итак, король Рэмзи вышел из игры.

— Он знает о Лиссе? Король?

— Да.

Мои глаза расширились.

— Но не помогает?

Страж выгнул бровь.

Это означало «нет».

— А как насчет лекарства? — Вместо того, чтобы изгонять Лиссу из Тура, вылечите ее?

— Востеры пытались. Лекарства нет.

— Но что, если…

— Лекарства нет, — повторил он. — Все, что мы можем сделать, это очистить Туру от Лиссы. Болезнь уже распространилась на Крисент. Дальше дело не пойдет. У нас мало времени.

— Времени? — Я наморщила лоб. — На что?

— Ты слышала истории о круксе. Они опаснее любого монстра в Каландре. Можешь ли ты представить, что могло бы случиться, если бы они были заражены Лиссой? Число погибших было бы не только непреодолимым, но и могло бы распространиться по всему континенту за неделю.

— О, боги. — У меня внутри все сжалось.

Это изменило бы Каландру навсегда.

Возможно, это уже произошло.

— Откуда ты знаешь, что она не вышла за пределы Крисента? В другие королевства?

— Мы не знаем. Не уверены.

— В каком самом дальнем месте ее видели?

— В Перрисе.

— На побережье?

Он кивнул.

Вот почему капитан «Резака» командует охотничьим отрядом. Это каким-то образом распространилось и на мерроуилов.

— Как?

— Гриззуры часто заходят в океан за рыбой. Они отличные пловцы. Вероятно, мерроуил был слишком близко к берегу. Гриззур напал на него, но мерроуилу удалось уплыть. — Он пожал плечами. — Но это всего лишь теория. Никто не знает наверняка.

— Если Крисент заражен, Лисса может попасть в Куэнтис. Мой отец должен знать об этом. Ты должен сказать ему. Ты должен послать предупреждение.

Глаза Стража сузились.

— Почему ты думаешь, что он еще не знает?

— Он знает? — Не из-за этого ли он настаивал, чтобы я шпионила?

— Каждый король Каландры знает о Лиссе. Они просто решили, что решать эту проблему должна Тура.

У меня отвисла челюсть.

— Им все равно?

— «Щит Спэрроу» предотвращает войну, моя королева. Он не требует преданности.

Итак, Тура была оставлена страдать. Его народ был обречен на смерть.

Было ли это из-за того, что они годами изолировали себя? Или из-за того, что они отошли от дипломатических дел?

— А что насчет твоего народа? Знают ли туранцы о Лиссе? — Если да, то почему никто не говорил мне об этом раньше?

— Не многие знают.

— Ты держал это в секрете от своего народа. Почему?

Его ноздри раздулись, мой вопрос задел за живое.

— Король решил, что это вызовет слишком большую панику. Он не верит, что зараженные монстры более злобны, чем монстры без Лиссы.

— Что? Как он может так думать? Верит он в это или нет, не имеет значения. Люди должны знать, что происходит, если они подвергаются большему риску. После того, что произошло в Эшморе, это не может оставаться секретом.

— Не мне принимать решение. Или отменять его. Все, что я могу сделать в данный момент, это попытаться остановить распространение инфекции.

— Как ты думаешь, насколько далеко она распространилась? — спросила я.