Слава богам, я не сорвалась и не выдала ей секрет. Был ли это секрет?

Я планировала спросить об этом Завьера вчера вечером, но он пропустил ужин. Может быть, сегодня узнаю. Или, может быть, я просто оставлю свою личность в тайне.

Может быть, для всех нас было бы проще, если бы я была просто Одессой.

Десс.

Я уже собиралась свернуть с главной дороги к дому, когда воздух огласил крик. Я повернулась на шум и увидела Стража, который шел в мою сторону с брыкающейся, обезумевшей Эви на плече.

— Я пойду с ним. — Она забарабанила кулаками по его спине.

— Эви. Прекрати.

Она брыкалась сильнее, извиваясь, чтобы ее отпустили.

Его ноздри раздулись. Карий цвет вернулся.

— Отпусти меня, — снова закричала Эви, так громко, что я вздрогнула.

— Нет. — Страж прошел дальше, не обращая внимания на любопытные взгляды.

— Я умею драться! — Эви билась так яростно, что ей удалось высвободить ногу. Она быстро изогнулась, вынудив его опустить ее на землю. Она рванулась в сторону, собираясь убежать, но он поймал ее за живот и снова поднял, а она брыкалась ногами, словно пыталась пробежать по воздуху.

— Эванджелина. — Он выкрикнул ее имя, и она перестала биться. Если бы он так же выкрикнул мое имя, я бы тоже застыла.

Она согнулась пополам, повиснув у него на руке, как мешок с картошкой.

Он закрыл глаза, тяжело вздохнул и остановился, поставив Эви на ноги, а сам присел перед ней на корточки.

Ее плечи задрожали, прежде чем она упала ему на грудь и зарыдала.

— Мне жаль. — Он заключил ее в свои объятия.

— Он всегда бросает меня, — плакала она.

Завьер.

Я прижала руку к своему больному сердцу. Бедная девочка. Она любила своего отца, а он так часто уезжал.

— Я могу сражаться. Я могу ходить с ним на охоту. Пожалуйста, — умоляла она, пока рыдания продолжались.

— Это небезопасно. — Страж говорил таким нежным голосом, что я его не узнала. Вероятно, потому, что этот голос предназначался только ей.

— Но я сильная и храбрая.

Он отстранил ее, вытирая слезы с ее щек большими пальцами.

— Иногда быть сильным и храбрым означает оставаться позади и не ввязываться в драку.

Она покачала головой.

— Нет, это не так.

— Что, если мы сделаем что-нибудь особенное?

Эви шмыгнула носом и вытерла его тыльной стороной ладони.

— Например, что?

— Я собирался завтра съездить в Трео. Чтобы забрать лошадь.

Мою лошадь. Фрею.

Он собирался съездить за моей лошадью.

Страж бросил взгляд в мою сторону, впервые заметив, что я стою рядом.

— Можно мне поехать с тобой? — спросила его Эви.

— Только если ты пообещаешь вести себя хорошо.

Она перекрестилась Восьмерым.

— Клянусь богами.

— А как насчет тебя? — Он уставился на нее, но обратился ко мне. — Ты поедешь с нами, Кросс?

Эви обернулась и увидела, что я стою у нее за спиной. Она сложила руки вместе и кивнула.

— Ты должна поехать. Пожалуйста, Десс. Пожалуйста.

— Хм. — Я постучала себя по подбородку, делая вид, что обдумываю услышанное. — Я очень занята, но, думаю, смогу выкроить время для поездки в Трео.

Тридцать пять

— Теперь мы прошли больше или меньше половины пути? — спросила Эви в третий раз за последние несколько минут.

Она ехала верхом со Стражем, сидя перед ним в седле, а ее внимание блуждало в разных направлениях, как лепестки одуванчика на ветру.

— Больше, — сказал он.

— Наконец-то. — Она посмотрела на небо и вздохнула.

Мы ехали верхом весь день, следуя за разведывательным отрядом, который покинул Эллдер этим утром, чтобы убедиться, что путешествие в Трео было безопасным. Страж, как и ожидалось, разбудил нас на рассвете, чтобы мы добрались до лагеря к вечеру. Мы держались поближе к деревьям, чтобы не попасть под палящее летнее солнце, и, хотя темп не был изнурительным, мы и не мешкали.

Учитывая неугомонность Эви, она была более чем готова выпрыгнуть из седла.

Она выдохнула, склоняясь над лошадью, осматривая ее ноги и хвост.

— Могу я дать ему имя?

— Кто сказал, что я еще не дал ему имя?

— Неужели? — Она повернулась, чтобы посмотреть на Стража, и ткнула пальцем в его щеку. — Какое?

— Он не из тех, кто делится именами, — сказала я со своего места рядом с ними на гнедом мерине.

— Может, я просто не делюсь с тобой именами. — Он ухмыльнулся, затем приложил ладонь к уху Эви и прошептал что-то, от чего ее серые глаза округлились.

— Ауринда? Это женское имя. — Она разразилась смехом и упала бы на землю, если бы не рука, которой он продолжал обнимать ее за талию.

Он усмехнулся, похлопав ее по носу. Нежность, которую он испытывал к ней, могла меня погубить.

— Ауринда, — сказала я. — В честь одной из лун-близнецов?

Ауринда и Ауреллия. Они были почти идентичны, за исключением огромного серого кратера, который портил поверхность Ауринды.

Он кивнул на своего жеребца.