Хотя… глава мог и не сам заниматься гардеробом своей молодой супруги, а поручить это дело кому угодно. Матери, что могла ненавидеть эту девочку из вражеского клана, любовнице, которая решила унизить новую госпожу.

Только никому из них не пришло в голову, что эта девочка ни в чем не виновата, и она оставила всех, чтобы найти здесь новый дом, и сделала это даже не по своей воли. И потому точно не заслужила такой прием.

Я помогу Каллисте и пошью ей самый лучший гардероб.

— Я бы не хотела ничего вычурного, открытого или чрезмерно пышного. Пусть красота будет сдержанной. Есть ли у вас идеи по поводу моего гардероба? Ах да… бюджет не ограничен, — добавила она и зарделась. — Так что, пожалуйста, постарайтесь.

Я снова тепло ей улыбнулась.

— Так вы та самая молодая супруга из Лунного клана? — спросила я негромко. Но вовремя заметила, как юная леди напряглась.

Я протянула ей руку и сжала ее ладонь.

— Я поняла, — сказала я мягко. — И поняла, почему вы оказались в таком положении. Всё в порядке. Я сделаю всё в лучшем виде. Не разочарую вас.

Я поднялась и пошла за листами бумаги и карандашом.

— Начнём с обсуждения идей. В каком цвете вы хотели бы видеть ваш гардероб?

Каллиста задумалась:

— В клане Ледяного принято носить все оттенки синего и белый, в клане Лунного — все серебристое и серое. Но я бы хотела чего-то другого…

Я кивнула.

— Тогда создадим для вас свой цвет, — сказала я. — Тот, что подойдёт только вам. И согласна, вписаться в общество Ледяных будет сложно, и одежда тут мало поможет. Вы заметная девушка… красивая, стройная. Хотя, пожалуй, чересчур.

Я осеклась, то, что девочка явно недоедала было видно невооруженным взглядом. Но она только открыто улыбнулась, чуть приподняв подбородок.

— Говорите, продолжайте, — мягко ответила она. — Я нисколько не обижусь.

— Вашу небольшую грудь мы подчеркнём, но очень аккуратно, — оживилась я, подхватив лежащий на столе кусок ткани. — Сделаем тонкий, деликатный намёк. Предлагаю бархатный лиф — мягкий, плотный. А сверху пустим кружево. Рукава кружевные, полупрозрачные, лёгкие. И маленькая капелька открытого тела даст тот самый нужный акцент… намёк, не больше.

А дальше я расслабилась и полностью отдалась делу. Каллиста улыбалась, а мне было приятно с ней работать.

Наконец-то мою фантазию никто не будет сдерживать. И я очень и очень была благодарна этой смелой девочке.

Я крутилась у стенда тканей. Многие из них не подходили, но в голове у меня уже план, где срочно можно купить необходимые материалы.

— А цвета… начнём с мягких, пастельных — бежевого, персикового… у вас зеленые глаза. Зеленый тоже вам будет к лицу. Но от голубого тоже не будем отказываться, да и серебристый вам будет уместен. Кому, как не вам, его носить, м? И ваши веснушки, они вам идут.

— Пошейте, пожалуйста, мне одно красное платье, — тихо, но твёрдо сказала она.

А я замерла посреди своего небольшого ателье.

— Красное? Ох… смело! — я хлопнула в ладоши. — Отлично! Оно будет потрясающим. Я даже знаю, какой вам больше подойдёт оттенок. Подчеркнёт вашу молодость и статус.

— Мне нравится этот цвет, — призналась она. — Он ассоциируется у меня с теплом.

— И правильно, — кивнула я. — Но его нужно носить и не стесняться.

— Я хочу научиться.

— Замечательно. Тогда давайте снимем ваши мерки, а потом я начну рисовать для вас новый гардероб. Вы будете говорить, что вам нравится, а что нет.

Я провела ее в небольшую комнатку с подиумом и зеркалами с трёх сторон. Свет мягко отражался от стекла. Тут пахло лавандой.

Помогла расстегнуть платье.

— Могу я вас раздеть полностью? — спросила я осторожно, видела, как зажалась Каллиста. — Хотела бы осмотреть фигуру, чтобы точнее иметь представление.

Но она сама сняла через голову сорочку, осталась в длинных ужасных панталонах. Да и сорочка была такой жесткой, совершенно не подходящей. Оторвать бы тому руки, кто так поиздевался над этим милым созданием.

Но тут я перевела взгляд за спину Каллисты и в отражении зеркала увидела ее спину. Я прижала ладонь к губам.

— Драконья матерь… — прошептала я. — Что с вами?

Сопровождающая тоже заглянула в примерочную и тоже замерла, прикрыв рот рукой.

— Кто же это с вами сделал?..

— Наш господин? — тихо спросила компаньонка.

— Нет, — ответила Каллиста, стараясь говорить спокойно. — И это не имеет значения.

— Но ваши раны ещё не затянулись, — я резко повернулась к женщине. — Скорее в аптеку!

— Конечно, — подхватила та. — Это нужно обработать, чтобы не осталось следов.

Каллиста слабо улыбнулась. А у меня сердце сжалось от жалости. Хотелось обнять ее, прижать к груди и не отпускать. А еще оторвать руки тому, кто это сделал.

Я быстро забежала в кладовую. Там нашла самую легкую и тонкую ночную рубашку из шелка, чтобы она не натирала те страшные рубцы. Одела девочку, усадила на табурет, а потом сделала ей чая.