Вот с этого «хотя» начинались очень и очень многие приключения ПП.

Впрочем, Пашка был вполне способен и на неординарные шаги.

– А что? Кто мне мешает? – он подумал, взвесил все за и против, и, когда Полина заглянула к нему в комнату – выяснить, а что это такое было в прихожей, брат уже самодовольно ухмылялся, валяясь на кровати.

– Паш? Ты мне ничего не хочешь сказать?

– Хочу! Извини за подножку, а теперь скажи мне, какой я дваждымолодец!

– Извинения приняты, а почему дваждымолодец?

– Да потому, что я, кажется, придумал, как обесточить Еву. По крайней мере, ей будет сильно не до того, чтобы нашу маму травить.

– И какая же у тебя идея? – живенько заинтересовалась Полина.

– Подобное подобным! – Пашка глубокомысленно поднял вверх указательный палец.

– У нас, к счастью, ничего подобного и близко нет!

– Поль, да не по мерзости, а по стремлению влезть в чужую жизнь и научить там всех, что «так не надо, а надо вот так»!

– Кроме нас с тобой? – хихикнула Поля.

– Разумеется, о присутствующих – ни слова! – принял важный вид Паша.

– Ну, тогда бабИнночка и бабМилочка, – догадалась сообразительная Полина, безошибочно назвав дедушкиных сестёр.

– Фууу, вредная ты всё-таки! Я-то хотел поумничать, а ты? Взяла и догадалась.

– Так, ну ладно. Догадалась я про них, а дальше-то что?

– А дальше наши двоюродные бабушки узнают о том, что какая-то гангрена пытается испортить наши с мамой отношения. Как ты думаешь, что они сделают?

Поля усмехнулась. Да, и Инна и Мила регулярно прибывали к ним и пытались учить их маму воспитывать детей, вести хозяйство и прочее, и прочее, но, во-первых, они, наученные печальным опытом, особо не настаивали, а во-вторых, как-то пообщавшись с маминой мамой, стали значительно мягче к ней относиться.

– Я бы сказала… с жалостью и покровительственно, – сформулировала про себя это явление разумная Поля.

Так что, когда брат предложил использовать родственниц, Поля немного подумала и сказала:

– Да, знаешь, может получиться!

– Опять же, на праздники им будет чем заняться! – посулил добрый и щедрый Пашка, вставая с кровати и натягивая на себя свитер.

– И куда это ты?

– К Мишке сбегаю, заодно Пина выгуляю. Ты со мной? – много можно узнать о человеке, когда живёшь с ним нос к носу целых тринадцать с половиной лет!

Пашка был уверен, что сестра откажется – она явно предпочтёт побыть с мамой, недаром же так тосковала и даже плакала, когда та не звонила.

– Нет… знаешь, иди один. Я дома побуду.

– Хорошо. Кстати, последишь, если опять эта Ева объявится – ну, позвонит жалом поводить, отвлечёшь маму от неё.

Он уже почти вышел из комнаты, а потом подзадержался у двери и спросил:

– Как ты думаешь, зачем ей это?

– Думаю, что она пытается саму себя убедить в том, что она нормальная. Если ты одна, а вокруг все совсем другие, наверное, это как-то смущает. Вот она и тянет других в свой ледниковый период. Она как такой... айсберг. А мама у нас… ты знаешь, она своей мамой сильно морально прибитая. А тут ещё и папа перестал быть ей опорой. Так что, конечно, против этой заразы она ничего противопоставить не может.

– Умная у меня сестра, аж жуть берёт! – рассмеялся Пашка, уворачиваясь от дружески брошенного сестрицей тапка и крикнув маме, что уходит с собакой.

Глава 5. Не всё из детства

Хорошо, когда есть настоящий друг! Ещё лучше, если он тебя понимает от и до… И даже молчит вовремя, давая выговориться. И вопросы лишние не задаёт, потому что есть такие вещи, которые не предназначены ни для кого, даже для самых-самых лучших друзей!

Пашка никогда не рассказал бы никому о том, что касается его мамы и Поли – это их личное – самое-самое. Такое нельзя озвучивать.

А вот про внешние факторы рассказать бывает что и полезно! Тем более что Мишка в такой атмосфере жил, причём жил долго! И хуже ему было – полагаться-то было не на кого – это им с Полькой повезло – они, если что, всегда спина к спине и друг друга прикроют!

Так что Пашка, мирно выгуливая Пина с Мишкой и его псом Тимом, делился последними новостями, пригодными для озвучки.

– Я уверен, что Инна с Милой из той ледниковой бабы полуфабрикат глубокой заморозки изготовят, но вот как у родителей дальше получится… не знаю!

– Думаю, они и сами не знают, – понимающе вздохнул Мишка, от души жалея ПП.

И это было чистой правдой!

Виктор, отчитываясь по работе филиала перед отцом, то и дело отвлекался, пытаясь сообразить, как его встретит сегодня Света – вчера-то она ушла спать в гостиную, а что самое тревожное, ни на какие его попытки поговорить не поддавалась.

– Виктор! В чём дело? – старший Мошенов начальником был требовательным, так что отстранённый вид сына просёк сразу.

Нет, по-родственному немного потерпел – мало ли, может сын сам оклемается и перестанет в облаках витать, но терпение-то небезгранично, а времени мало!