Что он делает? Он ведь прекрасно понимает, что этот нож я приобрела специально, чтобы убить его! Как мне понимать его жест? Игра продолжается, или это какой-то новый уровень?

— Кид? — Мне нужны были объяснения, но пират, заметив моё недопонимание, лишь усмехнулся и направился к выходу. — Кид!

— Поправляйся, Джек, — словно невзначай бросил Кид. — Твою дерьмовую работу никто за тебя делать не будет.

Я вновь осталась одна, совершенно не понимая поведения капитана. Что же творится в голове у этого безумного пирата?

Глава 18. Решение

Как оказалось, моё купание в ледяной воде не прошло незаметно. Я заболела, из-за чего провела три дня в лазарете в лежачем состоянии. Нет, я передвигалась, ела, могла заниматься своими делами, но моё тело быстро слабело, и я тут же ложилась спать.

На третий день, когда я стала чувствовать себя более-менее хорошо, я решила осмотреть корабль, чтобы отвлечься. Выяснилось, что с зимнего острова пираты, пока меня, Кида и Киллера не было на борту, умудрились перетащить парочку алмазных деревьев. Теперь они находились в трюме, и мне даже представить было трудно, как им это удалось, но Хит заверил, что это было довольно просто. Правда, о подробностях он умолчал. Видно, не всё так гладко.

Однако изменения наблюдались не только в корабле, но и в самом экипаже. Начнём с того, что утром во время завтрака, когда все собирались, как обычно, в камбузе, пираты старались даже не смотреть в мою сторону. Нет, они и раньше проявляли не так уж и много внимания. В их взглядах обычно читалось презрение, насмешка и похоть. Я для них была живым мертвецом и прекрасно это понимала, но сейчас всё получилось наоборот: меня боялись. Да, это был определённо страх. Также меня теперь ненавидели. Не все. Всего трое. Хм, а разве это не парни из свиты Фила? Кстати, его за столом пиратов не было. Где он? Наверное, опять где-нибудь укрылся и сокращает запасы пиратского рома.

Меня сейчас больше интересует: где мой стол? На камбузе имелось три стола: стол элиты, стол обычных подчиненных и мой. Таким образом, среди пиратов имела место быть некая должностная иерархия. Все о ней знали, все её принимали. Но не сейчас. Мой стол пропал.

Может, это Кид решил наказать меня и заставить теперь питаться стоя? Я, конечно, ещё не до конца выздоровела, но так и быть. Буду есть так. Невелика потеря.

Так как я могла пользоваться и распоряжаться продуктами так, как сама того пожелаю, я подошла к общему столу, где стояли различные ёмкости с едой, сделала себе парочку бутербродов и осталась там. Мне даже поворачиваться ко всем лицом не надо. И так прекрасно знаю, что десяток пиратских глаз буквально прожигают во мне дыру. Видно, моя неудавшаяся попытка сбежать и покончить собой одновременно не прошла незаметно.

— Джек, чёрт тебя возьми! — Ох, а вот и вечно недовольный капитан.

Кажется, он только что вошёл в отделение столовой. По его голосу сразу стало ясно, что настроение у него не очень, но пока ещё терпимо. То есть — обычное состояние Юстасса Кида. Если начну упрямиться, он может начать орать, а этого я так сильно сейчас не хочу. Моё тело ещё не выздоровело. Я надеялась позавтракать и вернуться к себе в каюту — вздремнуть очередные несколько часов.

— Капитан, — спокойно обратилась я к нему, повернувшись всем телом.

Кид как раз направлялся в сторону стола для элитной части экипажа, где уже сидел Киллер, Хит и Вайя. Увидев меня, жующую обычный бутерброд с колбасой и запивающей чай, он почему-то разозлился. Ну что не так? Я же даже тон в голосе не поднимала.

— Что ты там копошишься? — взревел он, отчего крышки на некоторых кастрюлях, стоявших рядом, звонко завибрировали. — Живо тащи свою задницу сюда!

Пират разложил перед собой несколько небольших листков бумаги, по внешности напоминающих документы. Во всяком случае, я так подумала и поняла, что мой больничный окончен. Пора браться за работу, иначе Кид перестанет сдерживаться. Взяв небольшую плоскую тарелку и переложив в неё все свои бутерброды, которые я ела на ходу, и поставив себе чашку чая, я подошла к пирату.

Как оказалось, перед Кидом лежали карты. Что он от меня хочет? Я же уже говорила, что совершенно ничего не понимаю в картографии. Для меня эти пятнышки, именуемые островами, совершенно ничего не говорят.

— Чёрт! Что ты виснешь над душой? — рычал Кид, но уже не так громко. Я еле сдержалась, чтобы не закатить глаза. То «подойди», то теперь «чего виснешь», — эта неопределенность немного злит. Если не хотел, чтобы я подходила, чего звал? Я уже намеревалась развернуться и отойти обратно к кухонному столу, но не тут-то было. — Да сядь ты уже! — рыкнул Кид, резко взяв меня за локоть и подтащив к скамейке, на которой сидели пираты.