Тут я была одна. Кругом находились ящики с порохом, консервами, оружием, спиртными напитками и многим-многим другим. Спиртные напитки? Ох, как бы я хотела сделать хотя бы один глоток и навсегда забыть о своём собственном существовании, но толку? Всё будет просто — я отключусь, а когда приду в себя, всё мало того что вернётся таким, каким оно и было, так ещё и самочувствие ухудшится.

— Дерьмо! — выкрикнула я, схватив одну из бутылок с виски, и со всей силой швырнула ее в деревянную стенку трюма. Бутылка звонко разбилась вдребезги, расплескав алкоголь по стене огромным лучистым пятном. Запахло алкоголем.

Это слегка позабавило меня, поэтому я схватила новую бутылку, даже не глядя, какую именно беру, и так же швырнула её в сторону стенки, наблюдая, как осколки разбитого стекла разлетаются в разные стороны.

Мысли сводили меня с ума. Мне хотелось кричать в пустоту от того, что я чувствовала своё бессилие. Хотелось рыдать и смеяться одновременно, поражаясь тому, что это действительно со мной происходит. Они ведь все были правы. ВСЕ! Миледи, Повелитель Зеркал, Кид… С самого начала каждый говорил мне то, что будет, но я не слушала их. Не верила. Считала себя умнее.

Миледи говорила, что мы похожи, а я смотрела в её бездонные глаза и считала девушку сумасшедшей. В чем же она безумна? В том, что с самого начала говорила мне очевидные вещи? Она была права. Нужно было остаться с ней тогда, когда мне это предлагали. Её мир состоит из тлена и разрушения. Пожалуй, теперь этот мир подходит мне как нельзя лучше.

Повелитель Зеркал… он ведь предупреждал меня. Говорил, что моя душа станет полной мрака. Предлагал уйти с ним и обрести покой. Почему я не ушла? Почему?

— Да потому что я дура! — проорала я в стенку, швырнув туда очередную бутылку, и обессилено рухнула на пол, поджав к груди колени и спрятав в них лицо.

Хотелось плакать, но слёзы не шли из глаз; вместо плача я слышала лишь собственное хихиканье, не больше. Наверное, это и значит быть сумасшедшей, верно? Я так устала. Так хочу отдохнуть. Но стоит только попытаться закрыть глаза, и весь пережитый ужас вновь приходится проживать заново.

Руки… на них вновь пятна крови. Когда же вы отмоетесь? Синяя кофта темнела на глазах, впитывая всё больше и больше тягучей бордовой жидкости, а светлые локоны, окрасившись в алый оттенок, стали прилипать ко лбу, размазывая по лицу запёкшуюся кровь.

— Нет! Нет! Нет! Это неправда! Нет! — повторяла я себе, обхватив голову руками и начиная раскачиваться из стороны в сторону. — Это всё не по-настоящему! Нет! Очнись! Очнись же!

Неожиданно в деревянную стенку, которую я создала, чтобы перекрыть вход, что-то глухо стукнуло, секундой позже с рыком ругнулось и снова бухнуло. Причём удары были настолько сильными, что сотрясался весь корабль, а дерево тоскливо заскрипело, не выдерживая столь суровый натиск. Я могла укрепить древесину и могла убрать её вовсе, но почему-то не стала делать ни того, ни другого. В итоге созданная мной стена была разрушена, и в ту часть трюма, в которой я пряталась, вошёл мой капитан — Юстасс Кид.

Кид молча оценил обстановку, переводя взгляд сначала с меня, сидящей на полу, на небольшую лужицу алкоголя вдоль борта, что при качке покачивалась то в одну, то в другую сторону, и на поблёскивавшие вдоль стены осколки от разбитых бутылок. Пират быстро сложил два и два, осознав, что тут происходит.

— Пьют вообще-то не так, чёрт бы тебя побрал! — рыкнул он, скрестив на груди руки.

— Как умею, так и пью, — безразличным тоном ответила я и для наглядности выхватила очередную бутылку виски, швырнув её во всё ту же несчастную стенку.

С того момента, как мы вернулись на корабль и покинули берега того безумного острова, мы с Кидом не сказали друг другу ни слова. Да что там, мы даже не виделись с ним. Думаю, он избегает меня, и я прекрасно понимаю, почему. Он видел, что я могу. Видел, как за считанные мгновения я одна уничтожила целое поселение. Видел… что я монстр.

Кид подошёл к одному из стеллажей, на котором аккуратно лежало больше двух десятков бутылей его самого любимого рома. Я знала, что это любимый напиток капитана, и не трогала его, но пират сам достал пару бутылок и, не раздумывая ни секунды, швырнул их в ту же стенку, что и я. Стеклянные бутылки разлетелись в крошку, брызнув осколками и ромом вдоль всего борта.

— Что ты делаешь? — спросила я, с непониманием смотря на Кида.

— Бухать в одиночку — не дело, — с усмешкой заметил пират.

Это ещё больше запутало меня. Что он пытается сделать? Хотя какая к чёрту разница?

— Кид, уходи, — попросила я. — Дай мне побыть одной.

— Я дал тебе предостаточно времени, — прорычал пират. — Прошло четыре дня, Джек. Пора выбираться из того дерьма, в котором ты теперь сидишь.

Четыре дня? Разве? Я думала, прошли всего сутки, ну, или дня два, но не четыре. Четыре дня без сна и еды. Но я до сих пор не чувствую голода, а заснуть просто не получается. Кошмары — они теперь мои вечные спутники. Возможно, я так больше никогда и не смогу заснуть.

Кид подошел ко мне ближе. Не знаю, что именно он хотел, но когда его рука стала опускаться в мою сторону, я невольно дернулась и сжалась в плотный комок.