Всё оказалось намного хуже, чем я ожидала. Киль буквально выворачивало наизнанку. А при каждой очередной встряске корабля, киль мало того, что выгибался, так еще и расходился в разные стороны, ломая сам корабль напополам.

Я тратила все силы на то, чтобы залатать новые и новые дыры, которые возникали при попадании ядер, а так же соединить сам корабль воедино, но моих сил было недостаточно. Древесина слишком стара. Она умирает. Да и я из-за этой напряженной встряски чувствовала, что силы на пределе. Приходилось постоянно бегать из стороны в сторону, чтобы залатать новые дыры.

Порой я не успевала, из-за чего воды в трюме, набралось по колено, что мешало передвигаться, и изрядно утомляя организм. Так еще эти вечные бочки с ящиками, что всплывали на поверхность и словно специально подплывали к моим ногам. Пару раз я уже успела споткнуться и окунуться в морской воде. Но больше всего раздражали алмазные деревья, что перетащил Хит с пиратами. Тяжелые, неповоротливые и самое ужасное, ничем незакрепленные. Куда клонило корабль, туда катило и деревья.

Мне приходилось всё время следить за ними краем глаза, так как вероятность того, что алмазные ветки дерева просто-напросто проколют меня, росла с каждой секундой.

Киллер приказал заняться судном и чинить его, пока остальные сражаются. И ведь он даже не спросил, а разбираюсь ли я вообще в плотницком деле? Естественно, не спросил, ведь мой ответ — нет! Каждое действие было скорее интуитивным, нежели работой мастера. Даже сам киль я закрепила тем, что мне пришло в голову — алмазными деревьями. Да, возможно это было глупо и существовало тысяча других способов выйти из положения, но в этот момент ни одна умная идея так и не посетила мою голову.

Когда алмазное дерево оказалось прямо вдоль киля, я, не теряя времени, тут же обхватила его деревянными лианами. Любой обычный человек, взглянув на мою работу, сразу поймёт, что так судно продержится от силы сутки. Ну, двое. Вот и всё. Однако на большее я не рассчитываю. Я буду счастлива, если этот корабль хотя бы час ещё простоит на плаву. В воде-то уже побыла и прекрасно знаю, что отныне море — мой враг.

Когда «дело» было более-менее завершено, я отошла в сторону, чтобы перевести дух. Сил на то, чтобы ещё попользоваться способностью своего дьявольского фрукта, просто не осталось. Однако стоило мне сесть на ближайший деревянный ящик, как за спиной, в конце трюма, послышались какие-то шаги. Хотя нет… даже не шаги, а что-то сродни хлюпанью. Пройти незаметно тут просто не получится. Я не одна, но кто это ещё может быть? О моём здешнем нахождении знает только Киллер.

— Киллер? — позвала я осторожно, вставая с ящиков. Древесина со всех сторон что-то нашептывала мне, но разобрать ее слова я просто не могла. — Киллер, это ты? — повторила я свой вопрос, делая нерешительные шаги в сторону звука. — Что ты тут делаешь? Мы победили?

Конечно, нет. Выстрелы продолжались до сих пор, но надежда умирает последней. В какой-то момент я надеялась на то, что это Киллер, и сражение наконец-то прекратилось. Однако меня ожидало жестокое разочарование.

Из тёмного угла трюма, куда не доходил даже свет местных висящих ламп, за яркой огненной вспышкой прозвучал выстрел. Что-то резко ужалило меня в правое плечо, и я камнем рухнула в воду. Нет, не потому что удар был слишком сильным и болезненным, хотя так и было. Просто… моё тело не могло пошевелиться. Оно словно онемело. Пуля застряла в плече и пульсирующей волной распространяла боль по всему организму.

Я видела подобную реакцию, поэтому на пару с ужасом до меня стало доходить, что теперь в моём теле — пуля из кайросеки. Вот только если Кид мог с ней хотя бы что-то делать, так как обладал нечеловеческой силой, то я сейчас чувствовала себя тряпичной куклой, которая даже дышать толком не в состоянии.

Из темноты вышел темнокожий пират, всё ещё сжимавший в руке дымящийся пистолет. Противник улыбался так, словно только что выиграл в лотерею, а в карих глазах блестел недобрый огонек.

— Фруктовик… — с жадностью и хрипотой в голосе произнёс пират, не веря в своё везенье. — Фруктовик! — уже более уверенно повторил он, чуть ли не пританцовывая на месте. — Ха-ха-ха! За твою голову дадут много белли!

— Ублюдок! — усмехнулась я, еле держа голову над уровнем воды, хотя по большей части в этом мне помогал бочонок с порохом. Этот пират что, решил отдать меня морскому дозору? Ну, так за мою голову не дадут ни белли. — Если ты решил, что я много стою, то ты ошибаешься. Я не пират, и на меня не заведено ни одной листовки.

Улыбка тут же сползла с лица восточного пирата, и я понадеялась, что на этом все и закончится, но нет. Он быстро подошел ко мне и прежде, чем я успела произнести хотя бы слово, размахнулся и ударил ногой меня по лицу. В глазах потемнело, а в ушах тут же послышался долгий и протяжный звон. И только секунд через пять боль догнала шок и раскалённой лавой охватила все лицо. Привкус крови заполнил рот.