— Хм, — протянул парень, и на этот раз его улыбка всё же исчезла с лица. Пусть ненадолго, но мне удалось его задеть. — Дарья-тян, а ты хочешь сказать, что сама лучше? Или уже забыла о том, как убила одного из моих подчинённых при проникновении на нашу базу в Японии? Это было чудовищное убийство. Ни капли жалости. И поверь, со временем ты ещё не раз совершишь подобные убийства. Многие мафиозные семьи, которые даже не успеют развиться, будут уничтожены из-за того, что ты выдвинешь такой приказ.

— Что ж… — Откинулась на спинку дивана, запрокинув ногу на ногу. — Это правда. Я не подарочек, хоть и имя такое. Но разница между нами колоссальная. В отличие от тебя, я всегда сразу говорю, что мне надо, чего я хочу и что последует, если я это не получу. Всё честно. Но ты, хе-хе-хе… Ты ещё тот редкостный фрукт, — засмеялась. — Заставить людей обожать себя и боготворить, чтобы в один из прекрасных дней бросить их, как использованный хлам.

— Да, именно. — На лице Бьякурана вернулась его улыбчивая маска. Пытается спрятать злость, которую я вызвала. — А разве это не весело?

— О, нет. — Не позволю тебе так просто сохранять самоконтроль. — Веселье будет потом. Рано или поздно тебя будет ожидать та же участь, Бьякуран. Не сегодня, не завтра и, возможно, даже не в ближайшем десятилетии. Но одно точно уловила — всё возвращается на круги своя. И ты своё ещё получишь. Даже если мы проиграем, став Богом нового мира, ты в любом случае отведаешь того же, что наготовил сам.

— О, звучит так, будто ты говоришь о «судьбе», — заметил Бьякуран. — Неужели начала верить в данные сказки?

— Я не верю в судьбу. Я верю в здравый смысл. А он тебя подводит уже сейчас. Предугадать, что будет дальше, не составляет труда.

Как и ожидалось, Генкиши проиграл. Более того, Такеши не стал убивать его и наносить решающий удар, но это сделали союзники самого Генкиши. Из всего тела сквозь доспехи стали вырастать и распускаться один за другим яркие цветы. Как выяснилось, эти семена были вложены ещё до того, как началась игра «Чойс» по приказу Бьякурана. Генкиши до последнего не верил, что он был предан своим же собственным Богом. Требовал аудиенции и связи с Бьякураном, но ему так никто не ответил. Его признали неугодным ещё задолго до того, как началась битва. Нет, я не испытываю жалости к этому мечнику, ведь мы сталкивались с ним также и не при лучших обстоятельствах, но… Тут же понимаешь, каким будет следующий мир, если Бьякуран одержит победу.

— Ха-ха-ха… — смеялся Бьякуран, наслаждаясь зрелищем и криками агонии. — Он всегда был таким доверчивым… Ты и правда сделал для меня много хорошего, Ген-тян. Такая простая мечта… — И вновь маска была сброшена, и тут же на лице парня отразилось презрение. — Но ты мне надоел. Поэтому ты умрёшь.

После того, как последний цветок распустился на теле Генкиши, он просто исчез, оставив на асфальте лишь мокрое кровавое пятно. Всё это видел Ямамото и с ужасом произносил имя Генкиши, желая помочь ему, но просто не знал как. В итоге всё кончилось. Рука Хибари, что я до сих пор держала, дрогнула, но лишь слегка. Видно, его также ужаснула эта картина. Но скорее то, что тот до последнего верил в своего Босса или Бога, хотя тот давно махнул на него рукой.

— Да уж, — вздохнула. — А я ещё сомневалась в своей преданности Саваде… Да тут ответ очевиден. Скорее уж я бы воскресла и второй раз покончила собой, чем перешла бы на твою сторону.

— Хм? — Удивился таким мнением Бьякуран. — Ты думаешь, я бы поступил с тобой так же, Дарья-тян? Поверь мне, ты слишком ценный ресурс, чтобы с тобой так пренебрежительно обходиться. В конце концов, каждый «цветок» желает обрести свою «оранжерею». Грубую силу можно заменить, но вот ум… Нет, этого очень мало в наши дни.

— В таком случае, не держи меня за идиотку, Бьякуран, — бросила я. — В конце концов, ты бы сказал «Ты мне надоела», и появился бы какой-нибудь Кикиё, что вырастил бы на моём теле милые цветочки, верно? И даже эта девчонка, которую ты сейчас обнимаешь, лишь глупая кукла с голубыми волосами. Мальвина. В итоге, её ждёт та же участь, что и Генкиши, а может, даже хуже.

— ЧТО?!! — закричала Блубэль, вскакивая на ноги. — Да как ты смеешь?!!

— Тише-тише. — Бьякуран вновь усадил девушку рядом с собой. — Она просто шутит и завидует.

— Как скажешь, — отмахнулась я, давая понять, что объяснение Бьякурана меня не интересует. — Так или иначе, это не отменяет правды. А большего я, пожалуй, знать не хочу.

— О, так вопросы кончились? — удивился Бьякуран. — Жаль, а я ведь только начал получать удовольствие от нашего чаепития.

— Удовольствие получал только ты. — Хотела встать на ноги, но тут Бьякуран добавил: