— Травоядное, — произнёс он, шагая в сторону Савады. — За нарушение школьных правил, как Глава Дисциплинарного Комитета… я забью тебя до смерти, — в руках парня уже имелись тонфы. Да, он видно тоже неплохо себя чувствует. Неожиданно злобный взгляд стальных глаз был обращён в мою сторону: — А ты, значит, забыла, где находится кабинет? Мне тебе карту нарисовать или GPS-навигатор подарить, чтобы в следующий раз не опаздывала?

— Да всё вовсе не так, — вздохнула я, медленно вставая с земли, отряхивая при этом брюки сзади. — Просто… нога болит. Отдохнуть решила. Да и вообще, это, в принципе, моё первое опоздание, Хибари-сан, — бросила я, незаметно подавая рукой сигнал Тсуне, чтобы тот валил. Меня-то он не тронет, в этом я уверена, а вот Савада… одним фингалом не обойдётся. Тсуна всё понял с первого раза и тихо на цыпочках стал отступать. И чтобы окончательно привлечь внимание Хибари Кёи, я приступила к решению второй проблемы. — Ещё кое-что, Хибари-сан, — перекинула школьную сумку, что висела на плече, ближе к себе, заглядывая внутрь. Недолго ища, достала документ и протянула парню. — Прошу.

— Что это? — строго спросил Кёя, но лист всё же взял. Быстро пробежался взглядом по оглавлению и выпалил. — В кабинет. Живо.

Да, это было заявление об уходе из Дисциплинарного Комитета по личным причинам. Хех, второй раз я пишу такое заявление. Ещё немного и руку можно набить. Хотя… это уже лишнее.

Почему я решила уйти из Комитета? Да всё просто. Связав воедино все «за» и «против», поняла, что будет лучше, если я буду держаться от Кёи подальше. Начнём с того, что я до сих пор прекрасно помню слова Мукуро. И этот гадёныш не врал. Ему принципиально хотелось говорить только правду, чтобы заручиться моим доверием. Какой бы я аурой не обладала, Хибари Кёя подвержен ей. Более того, парень о ней и сам знает. Правильно ли будет после такого оставаться? Не думаю. А учитывая, что я видела результат… Например, тот же оборотень Кен. Хотя он наполовину животное. И всё же…

Убить или обнять… Забавный выбор бушует внутри у Кёи. Теперь зная это, просто-напросто отойду в сторону, и все заживут так, словно ничего не было. Тем более, именно это мы делаем просто прекрасно — вид, словно ничего не было. Разве нет? Тогда чего он такой злой? Хромая и ойкая, я всё же поднялась на второй этаж и прошла за Хибари в кабинет Дисциплинарного Комитета. Он мне не помогал и помощь не предлагал. Однако дверь, перед тем как войти, всё же придержал. Вот только это выглядело так, словно я, в принципе, больше не покину этот кабинет.

Ждала волну криков и угроз со стороны парня, так как столько злости в его глазах, редко когда можно увидеть. Лицо, правда, каменное. Никаких эмоций не выдаёт.

— Сядь, — приказал он спокойным голосом указав на стул перед его столом. Сам уселся на край стола, нависая сверху. В руке до сих пор находилось написанное мной заявление. — Поясни ситуацию.

— Там же всё написано, — раздражённо бросила я. — Заявление об уходе из Комитета, по причине…

— А теперь своими словами, — перебил меня парень, скрестив на груди руки.

Лёд стальных глаз пронзал насквозь. Отпираться и нести какой-то лепет по поводу того, это по причине учёбы, или семейным обстоятельствам, или болезни… да мало ли? В общем, я не стала. Думаю, Кёя и так всё прекрасно понимает. Именно он и понимает. С самого начала. Поэтому отгородил от матери, так как не доверяет ей. Поэтому настаивал, чтобы я пришла в школу раньше, чтобы была под присмотром. Возможно, это из-за чувства долга, о котором он говорит, а может что-то ещё… Да это и не важно.

— Будто вы не знаете, Хибари-сан, — вздохнула я, взглянув в глаза парня. Хотя бы сегодня снимем маски. Мы никогда не обсуждаем то, что происходит. Просто идём дальше, словно ничего не было. Но как часто мы сможем это делать? — Вы там были и всё слышали. Лучше просто подпишите заявление и разойдёмся в разные стороны.

— Это всё? — спросил Кёя, совершенно не меняясь в лице.

— А разве этого мало? — удивилась я.

— Если это всё, можешь возвращаться к работе, — холодно бросил Кёя, поворачиваясь в сторону шредера, что стоял вдоль стенки. Одним нажатием включил технику и пропустил через неё моё заявление, раскрошив на десятки мелких полосок.

— Хи… Хибари-сан! — просто не понимала, почему он настолько упрям. — Что вы делаете? Это не решит проблему! Прекрасно знаете, что вам следует держаться от меня подальше!

— Я сам решу, от кого мне следует держаться подальше, — всё тот же спокойный ледяной тон. Парень вернулся и сел за свой стол, беря в руки первый же попавшийся документ.

— Чёрт! — воскликнула я, вскакивая со стула и вставая прямо напротив парня, громко ударив ладонью по столу. Глупо, эмоционально, но надо было сделать хоть что-то, чтобы наконец-то одумался. — Вы понимаете, что это не конец? Что будут ещё нарушители, при этом в десятки раз сильнее того Мукуро. Понимаете это?

— В десятки раз? — парень усмехнулся, а в глазах возник стальной азартный блеск. — Вот и отлично.

— Отлично?! Что тут отличного? — он что мазохист? Его кости недавно в труху превратили, а он уже предвкушает следующую битву? Ненормальный!