Совы продолжали атаковать. Глянув на письма в руках Фреда, Гарри махнул рукой, и они вспыхнули необжигающим огнем — у мамы научился. Фред охнул и выпустил их в салатницу.

Ему не давала покоя мысль про демонов, которых мимоходом коснулся в своем рассказе Салазар. Выходило, что Волан-де-Морт мог открыть ворота в их мир и выпустить их, пользуясь кровью Слизерина. Еще Гарри понял, когда он узнал об этой тайне в той реальности — в самый последний год перед трагедией на платформе девять и три четверти.

Зазеркалье показало ему пустынный Лондон, уничтоженную Англию. Могла ли такое сотворить кучка волшебников с целой страной?

Нет.

Глава 40. Нурменгард

Напрасно он думал, что все так просто смирятся с сенсацией Риты Скитер и быстро забудут о ней за разнообразием школьных будней. Если на выходных он еще мог скрываться в своей комнате, то в будние дни встреч с учениками было не избежать. Он уговаривал себя относиться к этому как взрослый. В конце концов, в известном ему и Драко прошлом о молодом главе Аврората писали чуть ли не каждую неделю, затем стабильно каждый месяц. Но здесь было тяжелее, как раз потому, что окружавшие его люди относиться к газетным строчкам, как взрослые, по определению не могли.

Правда, в этот раз на него не смотрели так, будто он отрастил клыки и плюется ядом. За спиной шушукались, буравили взглядами затылок, цитировали строки статьи из газеты наизусть уже вечером того же дня. Он очень устал от того, что народ обходит его стороной и расступается в коридорах, когда он идет с урока на урок.

Фред с Джорджем, однако, обратили благоговение перед ним в забаву. Увидев Гарри, они все бросали и важно вышагивали перед ним, громко оповещая всех вокруг о его появлении: «Дорогу! Расступитесь! Идет Гарри Поттер, преемник самого Мерлина!».

Перси решительно осудил их поведение.

— Этим не шутят, Фред, Джордж, я напишу маме о вашем поведении! — но кто его слушал?

— Ушел бы ты с дороги, Перси, — вздыхал Фред. — Не видишь, Гарри торопится.

До прежней тирании Амбридж не дошла, прав не имела, однако, завидев номер «Ежедневного Пророка» с фотографией Гарри на обложке, тут же зеленела от злости. За завтраком Снейпу доставило огромное удовольствие выражение ее лица, когда он достал газету и разложил ее на весь стол. Гарри был уверен, что с тех пор она зареклась садиться рядом с ним.

— Не обращай внимания, Гарри, — с достоинством произнесла Гермиона, когда они пришли на завтрак в Большой зал. Она всю неделю его поддерживала, везде появлялась рядом. У Джинни просто не было такой возможности — она училась на втором курсе. Драко отпускал едкие шуточки, а Невилл предпочитал соглашаться с любыми доводами Гермионы, глядя в книгу. Она и Джинни были единственными людьми, которые его сейчас не раздражали. — Просто не обращай внимания. Ты сделал все правильно, кстати, в полном соответствии со своими слизеринскими чертами — обошелся меньшим из зол, обхитрил саму Амбридж. Мне кажется, так и должно было случиться рано или поздно. Я помню, ты в равной степени достоин всех факультетов, но научись пользоваться Слизерином внутри тебя.

— Мне не положено, — буркнул Гарри. — В моем возрасте уже не переучиваются.

— Не переживай, — рядом села пришедшая со вторым курсом Джинни и тепло улыбнулась. — Скоро все про это забудут.

Но газеты и сплетни, к сожалению, были не единственной вещью, из-за которой переживал Гарри. Дело в том, что после рассказа Салазара ему начали сниться кошмары с черными крылатыми тварями. Они были похожи на огромных летучих мышей, но с куда более острыми мордами и кожей без единого волоска. Они вылетали из туалета Плаксы Миртл и били окна коридоров, за которыми открывался вовсе не вид на прекрасные окрестности Хогвартса, а непроглядная, плотная как камень тьма.

Конечно, это были простые сны, от которых он мог избавиться с помощью зелья «Сна без снов», но тем не менее они выражали его тревогу за будущее. Библиотечные книги могла перерывать до бесконечности только Гермиона, а у него уже через несколько часов уставали глаза и путались буквы. Свидетельств существования подобных тварей и Двери он не нашел. Поэтому в следующую пятницу после сенсации Риты, не выдержав незнания, после ужина отправился в кабинет Дамблдора. Тот отсутствовал в Большом зале весь день, и Гарри сделал вывод, что сможет с глазу на глаз побеседовать с Салазаром. Угадать пароль горгульи для него ничего не стоило, поэтому он очень быстро оказался перед дверью и по привычке постучал.

— Войдите! — раздался усталый голос.

Он толкнул дверь и вошел в кабинет.

— Гарри! — изумился Дамблдор. — Чему обязан столь поздним визитом?

Кабинет Дамблдора встретил его привычным постукиванием серебристых инструментов на полках, а так же сопением и сонным ворчанием портретов директоров.

— Простите, профессор, — проговорил он медленно. — Я заметил, что вас не было на ужине и подумал, что вы отсутствуете.

— Да, меня не было сегодня. Я уезжал по делам. А твои дела как, Гарри?