Снейп нервно прошелся от одной стены к другой, хрустя костями мелких грызунов на полу. Его проблемой было решение о том, как выбраться отсюда и вытащить подопечных, но, как назло, тревожные мысли не давали сосредоточиться. Он хотел бы броситься им на помощь, только вряд ли его хладный труп, упокоенный василиском, много чем им поможет.

Наконец, в широком гроте раздался какой–то скрип, и зельевар вздрогнул. Палочка тут же оказалась направлена на ответвление пещеры, но по стенам коридора заплясали тени и послышались голоса.

— Поттер! — Снейп постарался скрыть вздох облегчения, когда увидел всех троих живыми и целыми. — Малфой! Мисс Уизли…

Драко шутливо выпрямился перед ним и приложил руку к невидимому козырьку.

— Перекличка завершена, сэр!

— Драко, ты взрослый человек, а ведешь себя до сих пор, словно тебе двенадцать лет, — Снейп опустил палочку, но не преминул съязвить. — Хорошо, что Поттер василиска за собой не тащит.

Джинни улыбнулась, но увидела строгий взгляд декана и спряталась за спину Гарри. Драко обернулся к нему и фыркнул.

— Как?! Мы забыли василиска, Поттер!

Гарри только отмахнулся. Другом после серьезных рейдов, где его жизни угрожала опасность, овладевало шутливое настроение. Оставив Джинни рядом с ним, мальчик подошел к тоннелю, который вел вверх и метров через тридцать превращался в обыкновенную трубу.

— Змея осталась в Тайной Комнате, сэр. Я уверен, нападений больше не будет.

— И слава Мерлину! — мрачно порадовался Снейп. — Это крестраж?

Он разглядывал дневник, который брезгливо левитировал Драко. Книжка все еще капала на пол чернилами. Зельевар подцепил дневник собственной магией и смотрел, как он переворачивается в воздухе. Обгоревшие листы на глазах обращались в пепел, хотя пламя давно потухло; переплет еще дымился и тлел.

— Носитель, — Гарри коснулся его палочкой, и дневник покорно перевернулся в воздухе. — Уничтожен.

Вердикт разнесся звонко по пещере и эхом улетел куда–то в коридор.

— Еще один якорь, удерживающий жизнь Волан–де–Морта, упразднен! — торжественно провозгласил Драко, пройдя по пещере, и оглядел трещины. — А теперь давайте оставим все, что хочется сказать, для тостов на праздничный вечер и начнем думать, как нам отсюда выбраться. У меня уже есть вариант! — он дважды хлопнул в ладоши. — Добби!

Тихий хлопок оповестил, что домовичок уже появился в пещере. Гарри улыбнулся его удивленному взгляду, когда большие глаза домовика при виде места, где они находятся, стали круглыми как тарелки. Добби, их вечный спасатель, оглядел изумленно пещеру. Видимо, домовому эльфу и в этой жизни придется стать их собственным якорем, за который в крайнем случае можно цепляться. Гарри вспомнилась могилка у коттеджа «Ракушка»…

Он приходил туда сравнительно редко — раз в год, в тот самый день, когда Добби вытащил их из Малфой–мэнора. Приближавшийся день Победы приносил с каждым годом все больше горького послевкусия. Он вспоминал каждую жертву той войны… Драко однажды тоже побывал на могилке домовичка, спасшего мир и победу своей жертвой. Тогда друг уже оттаял сердцем, перестал поминать каждую обиду, стал умнее…

— Молодой хозяин звал Добби? — домовик преданно смотрел на Драко.

— Добби, — Драко присел перед ним. — Перенеси, пожалуйста, нас в кабинет профессора Снейпа, а затем вернись к моему отцу и отдай ему вот это.

Снейп отлевитировал к нему дневник. Добби послушно взял книгу за обгоревшую обложку и кивнул. Его большие уши затрепыхались.

Когда они оказались в Хогвартсе, была уже глубокая ночь. Хотя окон в подземельях не было, это ощущалось по общей усталости. А еще часы показывали три часа ночи. Гарри почувствовал приятную усталость, но вместе с ней пришло давление где–то в груди. Он полагал, что это из–за неоднократно направленного на него взора василиска, который он смело (и, возможно, глупо!) встречал прямым взглядом. Сердце билось ровно, но его стук перемежался еще и другими ударами — крестражем. Гарри откашлялся и мысленно унял его биение. Когда Добби испарился вместе с дневником, стало полегче. Снейп, однако, заметил его состояние.

— Я всю ночь буду варить дополнительную настойку на мандрагоре на будущее, — сообщил он. — Все жертвы ожили сегодня. Мистер Поттер, если чувствуете себя плохо, ступайте в Больничное Крыло, и там с утра примите ее. Она должна снять негативные эффекты от прямого взгляда василиска.

— Он смотрел прямо на змею, — сообщил Драко, заглядывая другу в глаза. — Болван ты, Поттер. Ты больше человек, чем крестраж.

— Обошлось, — отмахнулся Гарри и отвел притихшую Джинни в сторону к стулу. — Садись! — предложил он и повернулся обратно к профессору. — Сэр, Люциус придет сейчас?

— Нет, — ответил устало Снейп, достав с полок какие–то склянки с содержимым пугающего цвета и формы. — Все завтра. Я сообщу МакГонагалл о вашем… подвиге, к полудню явятся и родители. После беседы с Ксенофилиусом Грюм вернет в Хогвартс Дамблдора. Тогда и будет разговор по делу. А пока отдыхайте, завтра можете не ходить на занятия, я предупрежу Минерву и мистера Дотера, чтобы не трогали вас.