Выходило… солидно. Если почивший еще до моего рождения князь Михаил Олегович не ошибся, то Молчан еще в прошлом веке выглядел точно так же, как сейчас. А значит, уже давно разменял вторую сотню лет.

Много — даже для Одаренного.

— Ладно. — Я отложил листки с рунами в сторону. — Успеем еще разобраться. Не горит.

— А что горит?

— Дружина, дядь Олег. Давно уже заняться надо. — Я оперся руками на стол и встал из кресла. — Завтра поедем в Орешек, заглянем в казарму к служивым. Может, кого-нибудь домой и увезем.

Глава 6

Крепость возвышалась над водой. Ее башни будто росли прямо из свинцовой и холодной ряби Ладоги — точно так же, как и сотни лет назад. Так же, как и в мой прошлый визит сюда, на берег, к Таежному приказу в Орешке. Тускло поблескивали орудия и картечницы на стенах, прогуливались туда-сюда крохотные фигурки караульных. Гарнизон нес свою службу.

Город будто и не заметил, что наступила осень. Но я бывал здесь не так уж часто — поэтому и видел перемены на каждом шагу — и первые встретились нам еще по дороге.

Деревья вдоль трассы пожелтели — все, кроме вечнозеленых сосен. Близость Тайги наделяла растения необычной силой, и они пока не спешили раздеваться к зиме, но октябрь понемногу брал свое, засыпая асфальт желтыми листьями. Они теперь лежали повсюду, несмотря на все усилия местных дворников. Краснощекие бородачи с бляхами и в форменных фуражках наверняка чуть ли не сутки напролет орудовали граблями и метлами, собирая разноцветные кучи — но лишь для того, чтобы ветер снова рассыпал их по улицам.

Людей на тротуарах стало меньше, а те, что были, шагали куда проворнее, чем в сентябре — видимо, спешили поскорее добраться до тепла под защиту стен. Суровые усатые господа и их почтенные супруги прятали замерзшие руки в карманах плащей и легких осенних пальто и кутались в огромные шерстяные платки. Даже молодые парни — мои ровесники — застегивали одежду под самое горло и дополняли гардероб шляпами, шапками и цветастыми шарфами, копирую кого-то из популярных киногероев ушедшего лета.

Держались только девчонки. Городские модницы возрастом от Кати до Полины никак не желали сдаваться холоду и до сих пор щеголяли в коротких юбках, курточках из тонкой кожи и сапожках, которые едва ли годились для прогулок под осенним дождем. Мерзли, страдали, перемещаясь по улице короткими перебежками — но все равно терпели.

Красота продолжала требовать жертв, хоть лужи по утрам уже то и дело сковывало льдом, а на прошлой неделе, по слухам, даже выпал снег.

— Ну вот куда она вылезла, дуреха? — проворчал дядя, провожая взглядом очередную точеную фигурку, забавно ковыляющую по тротуару на высоченных каблуках навстречу «козлику». — У меня ремень шире, чем на ней юбка. Застудит себе там все — как потом рожать будет?

— Ну, рожать ей, допустим, нескоро. — Жихарь слегка придавил гипсом тормоз, провожая девушку оценивающим взглядом. — А там уж найдется, кому такую красоту пригреть.

— Тебе лишь бы пригреть, — усмехнулся я. — Еще на ноги не встал, а все туда же. В Орешке барышни шустро бегают — как догонять будешь?

— Да хоть бы и на костылях, Игорь Данилович. — Жихарь невозмутимо пожал плечами. — Кто-то ж должен. По вам-то целая княжна вздыхает — и какая! Умница, красоты неописуемой, и со ста шагов белке в глаз промаху не даст. А вы то ли не видите, то ли видеть не хотите, то ли я не знаю…

— Да чего там видеть-то? — отмахнулся я. — Не до того сейчас — сам понимаешь.

Слова Жихаря неожиданно задели меня за живое. И вовсе не потому, что я ничуть не интересовался ее сиятельством Еленой Ольгердовной — очень даже наоборот! Она действительно буквально воплощала собой все добродетели женщины Пограничья, а род Горчаковых по древности и происхождению ничуть не уступал моему…

И именно это и усложняло все до предела. Будь Елена обычной девчонкой из Орешка, Тосны или Отрадного, я, пожалуй, не стал бы тянуть кота… ну, допустим, за хвост. Тренировки, упражнения с Даром, сражения и строительство усадьбы требовали немало сил, однако у молодого тела их было в избытке, и оно периодически напоминало, что раз уж я пока не добрался до могущества Стража, поднявшись над простыми смертными и их незамысловатыми удовольствиями, неплохо бы пожить здесь и сейчас.

Но с Еленой малейший намек на близость подразумевал если не сватовство, то что-то слишком на него похожее. И пока оставалось только догадываться, что случиться, вздумай я совершить хоть какие-то движения в эту сторону. Старик Горчаков ценил меня, как соседа, уважал, как боевого товарища, и, может быть, даже любил по-своему, мы собирались вместе вести дела, однако посягательство на единственное сокровище старика… Да чего уж там — я и сам пока не намеревался связывать себя узами брака.

Первым делом — коровники, волоты, Тайга и недобрые соседи. А тихое семейное счастье придется оставить на потом.

— Я много чего понимаю, ваше сиятельство, — вздохнул Жихарь, вырывая меня из размышлений. И тут же снова хитро заулыбался. — В общем, Анна Федоровна правнуков дождется нескоро.