Марк садится на кровати. Вторую руку тоже запускает мне под майку и расстегивает сзади мой лифчик. Я снимаю с себя футболку, бюстгальтер соскальзывает с плеч на постель.

— Еще было строгое правило для сферы общепита, как нужно жарить омлет. Прям пошаговая инструкция. — Марк захватывает губами мой сосок.

— И что, какие-то рестораны соблюдали его?

— Конечно, нет. Поэтому такие требования называли абсурдными, — произносит между поцелуями моей груди. — Но формально они были и формально бизнес должен был их соблюдать. Когда чиновники хотели придраться к конкретному предпринимателю, они приходили на производство и начинали проверять соблюдение этих требований, большинство из которых тянулись со времен Советского союза и в наши дни были неактуальны. За несоблюдение штрафовали.

Марк валит меня на постель и посыпает поцелуями мою грудь. Параллельно он стягивает с меня спортивные штаны. Я сдаюсь и начинаю расстегивать пуговицы на его рубашке.

— Еще было тупое требование, что все работодатели обязаны предоставлять своим офисным сотрудникам подставки для ног. Его тоже никто не соблюдал.

Я прыскаю от смеха. Марк снимает с меня трусики и проводит ладонью между ног. В ту же секунду мой смех сменяется стоном. Я сбрасываю с Марка рубашку и расстегиваю ремень на брюках.

Хочу задать новый вопрос, но Соколов затыкает мне рот поцелуем. Я обвиваю его за шею и плотно прижимаю к себе. Я так люблю быть под Марком. Он словно от всего мира закрывает меня своим телом. Под ним я чувствую себя слабой и одновременно желанной. Мне нравится, с какой жадностью Марк целует меня. Как будто век об этом мечтал и наконец-то дорвался. А еще я обожаю смаковать вкус Марка. Он — моя любимая конфета.

Я избавляюсь от последней преграды между нами — боксеров Соколова. Его возбужденный горячий член ложится на низ моего живота. Вязкая капля стекает на мою кожу. Я возбуждаюсь еще сильнее. В прямом смысле чувствую, ка кис меня вытекает смазка.

— И еще один вопрос, — шепчу сбивчиво, пока Марк не успел войти в меня и выбить из моей головы все мысли о дипломе.

Всего у меня двадцать вопросов, но я точно не смогу задать их сейчас. Ошибкой было брать у него интервью в постели. Но я не жалею. Как вообще можно жалеть об этих космических ощущениях, которые мне дарит Марк? Я не испытывала в жизни ничего лучше. Это больше, чем секс. Это больше, чем оргазм. Это что-то космическое. Нереальное. Непередаваемое.

— Внимательно слушаю, — проводит языком по моей шее.

Я запрокидываю голову назад.

— Как ты оцениваешь состояние инвестиционного климата в России?

— Ужасно.

— Прям ужасно?

— Ужаснее некуда.

— Какое-то грустное интервью.

— Ну так надо его скрасить.

Марк снова накрывает меня поцелуем, раздвигает мои ноги и входит. Я принимаю его в себя полностью, зажмуриваюсь от наслаждения. По телу разливается сладкая патока, по венам вместо крови течет чистое наслаждение. Из головы улетучиваются любые мысли. Диплом, семья, свадьба с Островским… Я забываю обо всем на свете. Есть только я, Марк и этот момент.

Глава 52. Приглашение

Марк

— Я так хорошо себя чувствую, — Анжела вдыхает февральский воздух полной грудью. — У меня такое ощущение, будто я переродилась заново.

Мы гуляем по территории реабилитационного центра. Моей жене осталось меньше месяца до выписки. Ее кожа приобрела здоровый румянец, глаза горят огнем. Признаться честно, я не замечал за женой такого после предыдущих рехабов. Неужели этот действительно помог Анжеле вылечиться от зависимости? Или дело в том, что она тут провела без малого пять месяцев, а в предыдущих была максимум три?

Я не знаю. Но Анжела изменилась — это факт. Изменилась в лучшую сторону.

Я обнимаю жену за талию и целую в холодную макушку.

— Я безумно рад, что тебе тут помогли, — говорю чистую правду.

— Расскажи мне еще про нашу новую квартиру. Мне точно там понравится? — прищуривает глаза.

— Я же показывал тебе и видео, и фото.

Анжела пришла в восторг от нашего нового жилья. Особенно от вида на реку из панорамных окон.

— Мне не терпится там оказаться.

— Скоро тебя выпишут, и ты поедешь в наш новый дом.

Анжела счастливо улыбается и подставляет лицо тусклым лучам солнца, пробивающимся сквозь свинцовые февральские тучи на небе. Я трогаю ее уши: холодные.

— Ты замерзла. Давай вернемся в палату?

— Да, давай.

Анж нащупывает мою ладонь и ведет меня ко входу в больницу. Тепло ее палаты приятно окутывает меня. Я чувствую легкую усталость в теле. Я прилетел сегодня рано утром, всю ночь провел в самолетах с пересадками. Больше всего мечтаю упасть на кровать и уснуть, но я больше месяца не был у Анж. Она скучает.

Я сажусь на диван, а жена включает чайник.

Пока он закипает, Анжела падает ко мне на колени.

— У меня чувство, что у нас начинается новая страница жизни, — мурлычет мне на ухо. — Пока еще не понимаю, откуда у меня это ощущение. Но я каждое утро просыпаюсь с этим чувством.