— Вот теперь я вижу настоящую, Аннабель. Моё самое страшное лесное чудовище. Ты выживала там, где никто не смог. Ты сумела поставить меня на ноги, когда я думал, что дни мои сочтены. Никакой бы целитель не справился с тем ядом, которым меня отравили. В тебе столько силы и духа — осталось лишь самой в себя поверить. И я помогу тебе. Раз ты теперь свободна от бремени брака и воспитания детей, — криво усмехнулся император торжествующей улыбкой, — у тебя будет задание. Я хочу, чтобы ты проникла в Лесной клан и разузнала о настроениях в главном доме.

— Я… не знаю…

— Зато я знаю. Это приказ, Аннабель. Я выпишу тебе охрану. Вильям и Гроссман по-прежнему будут тебя сопровождать. Их придётся посвятить в твою тайну — под кровную клятву. Её они точно не смогут нарушить. А другая твоя охрана будет меняться в зависимости от обстоятельств.

Эрэйн поднялся, прошёл к столу, достал гербовую бумагу и принялся писать. Ручка заскрипела по бумаге.

— Кроме того тебе и самой нужно отвлечься. Работа поможет. Поверь, Бель.

— Хорошо. Какое у меня будет имя?

— Анна Вуд. Ты будешь числиться травницей для всех. Для избранного круга лиц твои полномочия гораздо шире. Ни перед кем отчитываться не нужно. Для всех твоим начальником будет имперский эмиссар и военный офицер Гроссман. Если что — он прикроет тебя и объяснит особо любопытным, что лезть к тебе не нужно. И…

Эрэйн повернулся ко мне.

Глава 6

— Травничество — твоя не основная работа. Это по желанию. На твоё усмотрение. Основные задания я буду присылать тебе сам. Или передавать через Гроссмана.

— Поняла, — я встала и подошла к Эрэйну ближе, остановившись у его стола. Тот продолжал писать.

— И запомни очень хорошо: даже Рейгард Торнхольд не может тебе приказывать — только просить. И то же самое относится к другим людям. Ты вне их компетенции. Жильё тебе предоставят в военном поселении. Приказы целителей ты тоже можешь игнорировать. Месяц назад туда были направлены новые целительницы, видимо, в числе них и приехала… та.

Он сделал паузу. Я поджала губы. Но промолчала.

— И травницы тоже не могут тебя ни о чем просить. Можешь вообще не обращать на них внимания и держаться подальше. Так… что ещё… — Эрэйн потёр переносицу. — Тебя будут охранять. Прошу, не убегай от охраны, иначе я сойду с ума и приеду. А сейчас я не могу покинуть столицу.

— Я поняла.

— Так что будешь делать с детьми?

— Я смогу сама подобраться к ним.

— Хорошо. Я еще напишу тебе доверенность на детей. Пусть будет на всякий случай.

— Рейгард сказал, что отправит их в случае чего к своим родителям.

— Твой генерал меня разочаровал. Очень и очень сильно. Гордыня и тщеславие ударили ему в голову. Я хочу спустить его с небес. Раз он не удосужился понять, чем ваш брак выгоден ему, верил гнусным сплетням, то я продолжу пользоваться своим словом в отношении него. В случае опасной ситуации ты будешь принимать решение, куда ехать с детьми. Либо ко мне, либо к себе домой, либо… в Гиблый Лес.

Я сжала плечо Эрэйна.

— Это очень много значит для меня.

Эрэйн положил руку поверх моей, сжал её.

— Я… хотела спросить…

— М? — он посмотрел на меня, прекращая на миг писать.

— Ты отправляешь мои зелья на фронт?

— Конечно. О чём речь? Почему ты подумала об этом?

— Да так… — я отвернулась.

— Говори.

— Рейгард сказал, что моих зелий там нет.

— Это ему его целительница напела? — пренебрежительно усмехнулся император. — Или он так тщеславен, что думал, будто каждая твоя склянка будет именно под печатью его дома «Вереска»?

Я тяжело вздохнула.

— Мы их разводим. Твои зелья очень хорошие концентраты, даже в таком случае — намного лучше тех, что варят обычные травницы. Такие бутылки маркируются аптекой, а сверху идёт приписка: А.Б. АннаБель — так, как ты сама их подписываешь. Конечно, обычно идёт имя и фамилия рода. Но я не правил. Знаю, как сильно тебе понравилось твоё имя, что ты даже не могла выбрать из двух мною предложенных.

— Моё имя мне и правда понравилось. Оно самое красивое, — воспоминания от того, как Эрэйн придумывал мне его было теплым и уютным.

— Скоро сможешь сама убедиться в правдивости моих слов. Правда, мне придётся сообщить, что в ближайшее время поставок от тебя не будет. У тебя сейчас новые задачи.

— После твоих слов я чувствую себя значимой.

— Так и должно быть, Бель, — он развернулся ко мне и сжал мои ладони в своих. — Ты должна поверить в себя. Стать кем-то большим. Раскрыть свои таланты. Полюбить себя. И это мой приказ. Впредь ты должна обозначать свои границы. Если муж не выбрал тебя — так тому и быть. Если дети решили, что с ним лучше — это их выбор. Ты же должна быть самой собой. А дальше посмотрим. Береги своё сердце. И себя.

Я силилась снова не расплакаться. Столько участия и заботы было в словах Эрэйна. Заморгала часто-часто, чтобы высохли слёзы.

— Конечно.

Я обняла его.

— А как ты сам? — глухо спросила, вдыхая запах грозы. А потом отстранилась.

— Что с меня взять… все как обычно: интриги, тайны, мятежники, разрозненные кланы и демоны, — отмахнулся император, отвернулся и продолжил писать. Но на миг ручка зависла над бумагой. — А еще мне предстоит сделать выбор в пользу Империи и при этом потерять своё сердце. Я император и не принадлежу себе.