Фетида явно дурой не была и сказала, что это явно не для неё… Ибо не хотела обижать богинь и получить проклятие от каждой женщины на свадьбе. В общем, видно, что девка сразу поняла, что этот подарок послали, чтобы угробить невесту чужими руками. Но вот остальные богини, пусть и были не тупыми, но блядское яблоко не оставило им выбора, и если они не хотят себя унизить, они должны были решить, кто его заберёт, даже если оно им нахер не нужно.

Судьёй выбрали Зевса, и он должен был выбрать, кому достанется яблоко. Выбор был между Герой, Афиной и Афродитой. И все себя считали по-своему прекраснейшими. Гера считала, что она самая красивая, ибо как королева властная и аристократичная, ну и царица богов, что покровительница родов и семьи. Афина считала, что она самая прекрасная, ибо она самая мудрая и точно знает, как себя вести, чтобы очаровать мужика и заманить его в свои сети; она же богиня войны и мудрости, и все воины просто мечтают о ней. Афродита… Без комментариев. Она создана, чтобы тупо трахаться, и выглядит соответственно, чтобы отшибать мужикам мозги наглухо.

И вот Зевс посмотрел на этих стерв…

— Ну нахер…

И сказал, что он необъективный судья, так что пусть богини пиздуют и спросят смертного. В кандидаты он выбрал малолетнего блядуна-пастуха из Трои. Тот был смазлив как Орландо Блум и, несмотря на то что он был немытым варваром, что ни читать, ни разговаривать толком не умел, перетрахал половину девок на 50 километров вокруг чисто из-за своей внешности, что была на семь Ясонов из десяти. То есть краше Тесея, но не дотягивает до прям уж совсем пиздеца, на который даже Гера пускала слюни в своё время.

Зевс подсказал богиням, что парень пресыщен красавицами, потому не должен прям сразу отдать голос за Афродиту, а немного подумает перед этим, так что им просто нужно убедить его, что они как раз и есть тот идеал красоты, которому предназначено яблоко. Сразу видно опыт в работе с Герой, которая его пилит за каждую девку, которую он потрахает. В общем, богини, естественно, решили подкупить судью. Гера обещала ему, что он станет царём всей Азии. Афина обещала, что он станет непобедимым воином и прославится на весь мир. Афродита же сказала, что его женой станет самая горячая шлюха в мире, и подросток сразу отдал яблоко ей.

После чего проснулся и понял, что он обосрался во сне… Маленькая месть от обиженных богинь, но так как Парис был тупым пастухом, он просто помыл жопу в реке и выбросил одежду, продолжив пасти овец голышом. И просто забыл о своём ёбнутом сне, впрочем не забыв поиметь пару овец, представляя на их месте Афродиту… Потому что он ёбаный варвар и ему похуй, во что тыкать свой огрызок. Впрочем, через десяток лет его судьба сильно переменилась.

К этому времени Парис вырос и заматерел, обрастая кучей мышц от хорошего питания овечьим молоком, сыром и мясом и постоянными прогулками и крепким сном на свежем воздухе. Сразу видно, что поколений пять-десять назад его бабку Зевс немного потрахал. Впрочем, это можно сказать про любого грека, который хоть как-то связан с правителями городов-государств. Они тупо потому и правители, что они больше, сильнее и выносливее обычного смертного быдла.

Так вот, попал как-то Парис на соревнования по бегу и выиграл там у принца Трои. Тот не принял результат, и Парис, естественно, решил вопрос по-варварски и отпиздил принца до полусмерти под радостные улюлюкания толпы, что так-то хотела посмотреть, как принц убивает пастуха, но наоборот тоже получилось неплохо. И вот старший брат этого полутрупа пришёл и отпиздил до полусмерти Париса. Однако вмешался Приам и, рассмотрев родинку на жопе Париса, который, как и положено грекам, пиздился с Гектором голым… Сказал, что это «унесённый волками» в детстве царевич Александр, и старшему братишке Гектору его убивать камнем по голове как-то не по-семейному будет. Боги не оценят… Ну, дед сам виноват в том, что помешал Гектору доделать начатое до конца.

Глава 26

— А это кто? — спросил я у Кассандры, заметив какого-то нестриженого мужика лет 25 с лишним, что ссал в коридоре у нас на пути.

Кассандра скривилась:

— Это Парис, мой брат. При рождении его назвали Александром, и я предрекла, что он уничтожит Трою, но мне никто не поверил. Он был отдан пастуху на воспитание и не должен был даже приближаться к Трое, но отец спустя эти годы совсем слаб умом стал и решил, что его нужно принять обратно в семью и заставить работать, как и положено всем принцам. Но сейчас мне как-то пох, верят они или нет. Это уже их проблемы. Я их предупреждала, они решили не слушать.

Я пожал плечами и, проходя мимо, пнул пьяного принца в спину, одновременно превратившись метаморфизмом в Гектора. Парис упал в лужу мочи и, ругаясь, вскочил, посмотрел на меня, после чего, поджав губы и сопя как хряк… развернулся и ушёл дальше бухать. Как и ожидалось, он ссыкло. Я же вернул облик Леонида и пошёл с подхихикивающей Кассандрой, что то и дело вскрикивала и прикрывала рот, пытаясь не ржать от воспоминаний того, как этот мудак обоссанным и обиженным сбегает от своего «грозного старшего братишки».