– Они напали на мою сестру. – Я нахмурился. – И я был в своем праве.

– Не сомневаюсь. – Белозерский улыбнулся уголками рта. Видимо, такой ответ его полностью удовлетворил. – Рад видеть тебя в добром здравии, кадет.

– Мы знакомы лично? – Мой вопрос прозвучал довольно грубо, но князь первым перешел на ты. И, по-видимому, уже встречался с прежним владельцем этого тела. – Прошу извинить меня, ваша светлость, но моя память еще не вполне вернулась после аварии.

– Знакомы? Лично? – усмехнулся Белозерский. – Полагаю, что нет. Но положение обязывает меня быть в курсе всего, что происходит в Новгороде. И нападение на вашу сестру – не то, что я могу оставить без внимания.

– Боюсь, наказывать виновных уже поздно. – Я пожал плечами. – Вы сами видели их тела.

– Видел. И не поленился бы допросить – если бы ты оставил в живых хоть одного. – Белозерский поморщился. – Или ты считаешь все это случайностью?

– Случайностью? – Я на мгновение задумался. – Нет, ваша светлость, не считаю. Кем бы ни были эти люди – они явно знали, что делают. Иначе не полезли бы на территорию госпиталя.

– Верно. Соображаешь, кадет. – Белозерский одобрительно кивнул. – Слишком уж много совпадений. Осенью твой брат… То есть, его сиятельство Михаил Данилович пропадает в Тайге. В мае убивают отца, и буквально через месяц грузовик выезжает из двора прямо под твой мотоцикл. А сегодня еще и сестра.

– Убили? – переспросил я. – Отца убили?

– Матерь милосердная… Я думал, ты знаешь. – Белозерский нахмурился и оглянулся – туда, где остались стоять дядя с Катей. – Видимо, у родных есть причины держать тебя в неведении, и неправильно было сообщать это вот так… Впрочем, теперь ничего не поделаешь. – Князь махнул рукой. – Да, Игорь. Твоего отца убили. Сожгли в машине заклинанием высшего ранга, примерно в ста километрах от Пограничья.

Я почувствовал, как кожа на ладонях снова теплеет. Мы с покойным князем даже ни разу не встречались, однако вдруг возникшая внутри злоба явно не досталась мне вместе с телом. Нет, она явно была моей собственной – как и тревога за дядю с Катей… особенно за Катю.

Пожалуй, те три лохматых урода легко отделались – теперь бы я не спешил от них избавиться, и смерть могла оказаться не слишком быстрой.

– Отца убили на ваших землях, – догадался я. – Так вы поэтому приехали?

– В том числе. Как ты понимаешь, кадет, я искренне заинтересован разобраться, что за чертовщина здесь творится. – Белозерский огляделся по сторонам и заговорил чуть тише. – Пожалуй, уже поздно, однако я все же хочу предупредить об опасности. Она теперь угрожает всей семье, но тебе – в первую очередь.

– Почему?

– На то… Скажем так, на то немало причин. – Белозерский отвел взгляд. – Просто будь осторожен, ладно? И если у тебя появятся хоть какие-то новости – постарайся сделать так, чтобы я об этом узнал.

– Я видел в саду сына князя Годунова, – вспомнил я. – Сразу перед тем, как на сестру напали.

– Годуновы?! Ты уверен, что не ошибся? – В глазах Белозерского на мгновение сверкнул хищный блеск. Но князь тут же взял себя в руки – и заговорил ровным, почти официальным тоном. – Ты желаешь обвинить в чем-то его сиятельство? Или, может, у тебя есть какие-либо доказательства его причастности к…

– Разумеется, нет. – Я развел руками. – Вряд ли в Новгороде есть закон, запрещающий князю прогуливаться там, где ему угодно.

Белозерский поморщился и снова взглянул на меня. На этот раз уже без интереса – скорее с разочарованием. Ему то ли не понравился мой выпад в сторону Годуновых, то ли отсутствие у меня доказательств. Князь явно знал куда больше, чем говорил, однако делиться знаниями, похоже, не собирался. Как и тратить на меня больше времени, чем того требовала необходимость: мы уже развернулись и шагали обратно. К автомобилю, у которого урядники в белых кителях оттаскивали в сторону тела горе-похитителей.

– Мне следует ждать еще одного нападения? – спросил я.

– Нет. Не думаю. Это мой город, и никакие столичные хлыщи не посмеют… – Белозерский сдвинул брови, возвысил голос – и тут же смолк, закашлявшись. Видимо, понял, что сказал куда больше, чем стоило. – Но дорога до Пограничья долгая. И одной Праматери известно, что может случиться. Возможно, мои люди смогли бы вас сопроводить…

Последние несколько слов его светлость нарочно протянул, явно ожидая то ли вежливого отказа, то ли наоборот – просьбы о помощи. Первый вариант определенно был не в моих интересах, а второй тут же сделал бы нас с дядей должниками великого князя – так что я решил просто промолчать.

– Так или иначе, я должен передать тебе кое-что, Игорь. Пойдем.

Я почти не сомневался, что разговор окончен, но Белозерский вдруг легонько толкнул меня под локоть и прямо через газон зашагал к своему автомобилю. Дружинники и несколько урядников тенями последовали за нами, но через пару десятков шагов чуть отстали – видимо, сообразили, что разговор личный и отвлекать его светлость пока не стоит.