Вот и сейчас меня оторвали от книг и заставили тащиться «домой», потому как у нас наметилось какое-то «семейное» собрание. С чего вдруг, понять было сложно, всё-таки семьи дроу не отличаются любовью к родичам и какой-либо сплочённостью, но, может, Мэлис захотела посмотреть на наши унылые рожи или представить нового любовника — Риззен мог ведь ей и надоесть. Но нет, я ошибся. В том смысле, что представление действительно было, но относилось оно не к новому живому дилдо Матроны Дома.

– В смысле, уже шестнадцать? – я моргнул. – Ему же недавно было десять…

– Брат, – кончиками губ улыбнулась Майя, – тебе стоит почаще бывать дома — за своими практиками в Сорцере ты совсем потерял счёт времени. С тех пор прошло уже шесть лет.

– Значит, сегодня представление Второго Принца и выбор его дальнейшего пути развития?

– Верно, – кивнула уже высшая жрица Ллот, что взяла этот титул почти одновременно с Вирной чуть больше года назад, – и ты мог бы изобразить, что тебе до этого есть хоть какое-то дело…

– А мне есть? – повернулся я к сестре.

– Его могут сделать магом… – намекнула она на ситуацию, что любого другого дроу заставила бы скрипеть зубами. Но так, без огонька, ибо понимала, что Дзирт не будет мне конкурентом на ниве магического могущества и через сто лет, даже если окажется гением, а я заброшу все свои изыскания и уйду в загул. Ему банально негде взять знаний для своего развития. Ведь если я не захочу, я их не дам. А в Сорцере учат только до Второго Круга.

– Пусть, – пожимаю плечами, – главное, чтобы мне не пришлось тратить на его обучение слишком много времени.

– Примерно такой реакции я и ожидала. Что же, пойдём в собор, – и девушка распахнула одну из «хозяйских» дверей в помещение.

Со времён моего последнего посещения этого места ничего в нём не изменилось: тот же чёрный камень, те же статуи, всё та же Мэлис, сидящая на своём кресле-троне в основании идола-паука. Разве что остальные места для сидений были убраны к стенам: на общих собраниях аристократы Дома могли позволить себе сидеть, взирая на стоящих простолюдинов, но сейчас планировалось «внутрисемейное» собрание, а значит, быть надменной задницей, сидящей на мягоньком стульчике, пока остальные неловко переминаются с ноги на ногу, могла только самая главная самка на этой территории.

– Верховная Мать, – дружно склонили мы головы, приветствуя эту самую самку.

И напрочь игнорируя Бризу, Риззена и стоящего рядом с троном Мэлис полуголого жилистого паренька с лавандового оттенка глазами. Нет, мне было интересно взглянуть на столь легендарную личность, но… углубиться в изучение очередного нетерильского трактата по тайнам высшей магии мне было ещё интереснее. А так… Ну, с момента, как я его видел последний раз, он подрос. В остальном же — дроу и дроу, лицо, как и у всех эльфов, смазливое, глаза — да, очень необычные, но это всё, что я мог о нём сказать, просто посмотрев, а для каких-то иных оценок и выводов с ним надо было общаться.

– Надеюсь, мы не опоздали? – продолжила вежливую беседу Майя, пока мы подходили ближе к действующим лицам. Вопрос был чисто риторическим, поскольку той же Вирны в округе не наблюдалось, а на столь важном мероприятии должны были присутствовать все аристократы Дома.

– Нет, – чуть покачала головой сидящая на троне эльфийка, – мы ждём ещё кое-кого, – определить её настроение я затруднялся. То есть, с одной стороны, матроне надлежало быть если не благодушной, то испытывать некоторое воодушевление, всё-таки «появление», в смысле официальное, Второго сына давало ещё немного репутации Дому, а значит, возвышало его в глазах окружающих, что не могло не радовать помешанных на величии истеричек-жриц. Но Мэлис не выглядела особо счастливой, чему, впрочем, могло быть тысяча и одно объяснение.

Углубиться в мысли я не успел, поскольку в этот момент распахнулась ещё одна дверь в зал, и нас почтила своим визитом Вирна. И Закнафейн.

– Мать Мэлис, – начала жрица, выдавая самую почтительную интонацию из возможных, – я привела к тебе Закнафейна, как ты и велела.

Мастер Оружия Дома До'Урден вышел чуть вперёд и поприветствовал Матрону коротким кивком, на грани, а скорее за гранью вежливости, та, впрочем, ответила ему тем же. Картина привычная, но оттого ничуть не менее для меня грустная. Ведь борзеет, дурак, и сам даже этого не понимает. Вернее, понимает, но ловит кайф с этого своего фрондирования и вечных попыток прощупать рамки дозволенного. Хорошо быть Первым Клинком Мензоберранзана, тот же Риззен себе такой вольности позволить не мог. Да что там Риззен? Я так себя вести не имел права, хотя за последний десяток лет всяких тварей в тоннелях Андердарка «во славу Дома До'Урден» убил кабы не вполовину от того, что он фармил всю свою жизнь. А он, так-то, ровесник Мэлис — почти пятьсот лет уже тоннели коптит. К тому же Закнафейн особо даже внимания не обратил на прекрасную леди на троне, жадно разглядывая полуголого юношу рядом с ней. Если бы я не знал подноготной, начал бы думать об этом воине очень и очень плохо.