Даже сейчас, в запечатанном, скованном и пассивном состоянии, Тёмный Ветер мог за долю секунды окутать огромную область магической тьмой, ничуть не уступающей, а пожалуй, и превосходящей по «ослепляющим» характеристикам, устойчивости к чарам рассеивания и долговечности аналогичную природную способность дроу. А ещё — создать аналог заклинания Теневого Призыва, что переносит к заклинателю абсолютно лояльного и покорного обитателя Плана Тени, вплоть до довольно могущественных теневых демонов.

Ветер Смерти и Ветер Мудрости, которые я добыл ещё раньше, тоже восхищали. Боевая некромантия, призывы и создание нежити, чары, повышающие понимание мира, иначе говоря — «мудрость», дающие магическое зрение, защиту от магии, влияющей на разум, наконец, просто заклинание «Легендарные знания». То самое, которое создаёт в сознании краткое описание важных знаний о выбранном предмете или местности. Причём это могут быть текущие разговоры, забытые истории или даже тайные знания, никогда не выходящие за рамки определённого круга посвящённых. И чем больше информации о нужной вещи уже есть, тем точнее и детальнее будет полученная информация. Да, полученная информация может быть завуалирована, но она всегда правдива. Просто вдуматься, насколько это полезная вещь! А ведь полноценное заклинание «Легендарные знания» чёрта с два ещё найдёшь — это Шестой Круг, что само по себе делает его очень редкой птицей, а тут ведь возможность подслушать и подсмотреть такое, что ну вот совсем не предполагается к распространению. Не удивлюсь, если даже у Громфа таких чар нет. А вот у меня теперь есть. У меня вообще все три Ветра теперь есть, со всеми их возможностями. А ведь даже в Нетериле эти вещи не принадлежали одному человеку — они были сокровищами разных фракций, правивших Андрентайдом: жрецов, арканистов и хранителей знаний…

– Вот, господин, мы нашли это там, где вы и говорили, – отвлекла меня от сладких мыслей о собственном великолепии Серес, протянув мне небольшое настольное зеркало.

– Прекрасно, – убрав сферу в один из подсумков на поясе, я с величайшей осторожностью взял новый артефакт, о котором до сего момента знал лишь из воспоминаний об игре и памяти того Нальфейна, который был игровым протагонистом.

Потускневшее от времени стекло практически ничего не отражало, а старая оправа из чёрной бронзы, оплетённой в некоторых местах мифрилом, переходящая в подставку, была покрыта столь въевшимся и закаменевшим слоем пыли, что, не будь у меня послезнания от игрового персонажа, я бы и не узнал эти металлы. И тем не менее фраза «Здесь есть тьма», начертанная на бронзе вплавленными серебряными буквами нетерильского алфавита, всё ещё была хорошо различима.

Вообще, настоящий Андрентайд оказался на диво дружелюбен к наглому тёмноэльфийскому магу из Мензоберранзана. Когда я только налаживал надёжный маршрут промежуточных точек для телепортации на поверхность, возможность прыгать по которым не будет искажаться флуктуациями Излучения Подземья, я ожидал, что поиски затерянного в песках пустыни Анаурок города займут не меньше десятилетия. Да, я помнил параметры того портала, которым Дроган перенёс меня-Нальфейна-игрового протагониста из отдалённых руин какой-то нетерильской заставы ко входу в Андрентайд, но обоснованно подозревал, что этого будет мало для быстрого результата. Всё же экспертом в пространственной магии я никогда не был и навёрстывал этот пробел уже в Мензоберранзане. Тем не менее, впервые лично попав на поверхность Торила около трёх лет назад в том памятном походе с женским классом Мили-Магтир, я с приятным удивлением обнаружил, что без помех от Излучения Подземья разбираться с векторами и поправками намного проще, чем я привык. И вот, всего чуть больше полутора лет работы во время отлучек между лекциями в Сорцере — и нужные координаты вычислены, а я наконец-то своими глазами вижу тот затерянный в песках горный каньон, полный василисков и их жертв, что раньше видел лишь в своих-не своих воспоминаниях.

Неделя исследований и зачистки местности, обнаружение входа в погребённый под многими сотнями тонн песка город, знакомые, буквально вызывающие постоянное чувство дежавю коридоры, по которым я лично никогда не ходил, но которые помнил… Реальный лабиринт переходов, анфилад, комнат, лабораторий, библиотек и складов был куда обширнее игрового, всё-таки это был целый город, не сильно уступавший размерами тому же Мензоберранзану, а не условные четыре локации из старой игрушки. И тем не менее я знал, куда идти и что где лежит. Эдакое смутное чувство узнавания, перемежаемое вспышками озарения и воспоминаний, вроде того, откуда на меня напрыгнул паук; в какой комнате стоит активный сторожевой голем; где стоит искать могилу местного мастера, что их создавал и занимался профилактическим обслуживанием, для чего имел специальное колечко с заклинанием на отключение.

И по итогу самой большой проблемой при исследовании руин были совсем не гигантские пауки, облюбовавшие многие коридоры, не защитные механизмы с теми же големами или нежитью и даже не магические паразиты, что завелись в библиотеке и иных местах, полных пыли и древних реагентов. Главной проблемой была необходимость постоянно возвращаться в Мензоберранзан.