Но пока ей придется довольствоваться одним-единственным читателем — детективом из Нью-Фореста, которая будет искать скрытые смыслы. Кейти лишь надеялась, что сохранила достаточно самообладания, чтобы рассыпать подсказки перед инспектором Ронделл, словно мятные леденцы на лесной тропе.

Глава 22. Паб «Три поворота»

Лайла опоздала в паб — застряла на Линдхерст-роуд из-за бродячих свиней, неспешно переходивших дорогу возле гаража «Бентли». Когда она наконец приехала, Лайонел стоял на поле, примыкающем к пабу «Три поворота» в Болне, и кормил лошадь ломтиками моркови и яблок. Крупный пес сидел на его сапогах, не сводя глаз с Лайлы, пока та шла к ним.

— Разве это разрешено? — спросила она. — Кормить лошадей, я имею в виду.

— Очень на это надеюсь, — ответил Лайонел. — Наташа — моя лошадь, и она обожает фрукты и корнеплоды.

Лайла моргнула.

— Ваша лошадь?

Он наклонил голову одновременно и под тем же углом, что и Наташа.

— Как давно вы живете в Нью-Форесте?

— Всю жизнь.

— Тогда вы должны знать, что во многие здешние пабы можно приходить со своей лошадью.

— Если бы у меня была лошадь, я бы, наверное, знала.

— Вам стоит её завести. Лошади умеют хранить секреты. Они проглатывают их так же охотно, как яблоки.

Лайла никогда не принадлежала к «лошадницам». У тех всегда водились деньги и были неизменно безупречные волосы, словно расчесывание конских грив делало их собственные локоны гуще и ярче. Ближе всего она подошла к этому кругу в семнадцать лет. Оказавшись на периферии компании, она получила приглашение на ночевку в фермерском доме богатой одноклассницы. Они расстелили спальные мешки на толстых коврах и смотрели классику — «Цветы на чердаке», «Битлджус», «Дрянные девчонки», «Бестолковые» — прерываясь на перекуры в конюшне. Она сидела бедро к бедру с Фэй Данстейбл на тюке сена, когда Фэй вдруг повернулась и поцеловала её. Поцелуй отдавал попкорном, табаком, «Смирнофф Айс» и предательством. Лайла отстранилась, боясь, что Эллисон каким-то образом об этом узнает. Потом они вернулись в дом, а Лайла вернулась в свою «раковину» еще на пять лет.

Внутри паба она несла кофе, пока Лайонел со своим лабрадором устраивались в тихом углу. В камине неподалеку бревна горели злым красным пламенем, языки которого суетились вокруг них.

Лайонел наклонился ближе.

— Чем я могу помочь, Лайла? Это ведь не рядовая встреча.

Она понизила голос.

— У нас утечка, либо в участке, либо где-то еще в службах, и я хотела обсудить детали, которые пока известны только нам двоим.

— С чего бы вы хотели начать? Дайте угадаю. — Лайонел коснулся своей кустистой бороды. Он напомнил Лайле мистера Тумнуса из «Льва, Колдуньи и Платяного шкафа». Оставалось надеяться, что он более надежен. — Вы хотите узнать больше о татуировке.

— В точку.

— Свежая. Под пищевой пленкой еще была видна кровь.

— Там было написано «Little Red Death» («Маленькая Красная Смерть»), верно?

— Заглавными буквами, в основании позвоночника, в прямоугольной рамке, похожей на библиотечный штамп.

— Похоже на профессиональную работу?

Он кивнул.

— Использовался физраствор, качественные чернила, а также время и немалое мастерство. Это не просто быстрый партак тушью.

— Насколько она свежая?

Лайонел наклонил голову то в одну сторону, то в другую, словно взвешивая решение на языке, как хорошее вино.

— Судя по тому, как началось заживление, я бы сказал — неофициально, — что она была сделана в день её исчезновения. Убийцей или в тату-салоне — не могу утверждать, но по моему собственному опыту, — он похлопал себя по груди обеими руками, намекая на то, что под твидовым пиджаком у него больше рисунков, чем Лайла подозревала, — почерк мастера вполне узнаваем, если знать, на что смотреть. Стоит поручить какому-нибудь подчиненному прочесать местные салоны.

— Спасибо, Лайонел. Пришли мне фото татуировки по защищенному каналу, и я озадачу Джимми.

— Красавчик такой? С широкими плечами?

— Вроде того. — У Джимми была стать Хемсворта и улыбка Хиддлстона. Половина женского состава участка была в него влюблена, но он, к счастью, этого не замечал. Последнее, что Лайле сейчас было нужно, — это разбираться с последствиями служебного романа. Впрочем, когда они вообще заканчивались хорошо?

— Отличная идея. Похоже, у него на коже полно места для тату. Если он пойдет под прикрытием, то впишется идеально. В отличие от вас. — Лайонел оглядел её с ног до головы. — Ваша кожа, кажется, и солнца-то никогда не видела, не то что иглы.

Лайла ощетинилась.

— Тебе нужно проводить больше времени с живыми людьми, Лайонел. Твои навыки общения больше подходят для мертвецов.

— Значит, я нашел свое место в мире. Моя работа приносит мне удовлетворение. А ваша?

Его пронзительный взгляд заставил её замяться.

— К чему это ты?