Я жду, пока машина не исчезнет за подъездной аллеей, затем отворачиваюсь от окна. Пришло время узнать, чем занимается моя новая сводная сестра. Я уверен, что они будут в торговом центре весь день, а мой папа на работе, так что мне не нужно волноваться о том, что меня побеспокоят. У меня есть часы, которые я могу потратить впустую, и точно знаю, что собираюсь сделать.

Я выхожу из своей комнаты и иду по коридору к той, что мой отец отдал Арабелле. Дверь приоткрыта, поэтому я толкаю ее и вхожу. Запах внутри сразу же поражает меня. Тот самый цветочный аромат, который вчера вечером цеплялся к ее коже за ужином. Воспоминание о том, как я прижал ее к раковине в туалете ресторана, пробуждает мой член, и я хмурюсь.

«Меня к ней не тянет. Меня завел ее страх, вот и все».

Я пинком захлопываю дверь, продвигаюсь вглубь комнаты и медленно поворачиваюсь. В одном углу аккуратно сложены коробки. Дверь в шкаф она оставила открытой, а на полке висят три худи и эти ужасные штаны для йоги, в которых она, кажется, живет. Я поворачиваюсь к комоду и выдвигаю верхний ящик. Там полно нижнего белья — бюстгальтеров и трусиков. Ничего интересного, все довольно простое. Я даже не роюсь в них, задвигая ящик и открывая следующий. Вряд ли что-то еще можно найти. У нее либо не так много одежды, либо та все еще упакована.

Я смотрю на кровать. Здесь чисто и аккуратно, в отличие от моей, из которой я просто выползаю и ухожу. Я не вижу смысла заправлять постель, если потом снова ее испорчу. Но я смотрю на это не поэтому.

Что-то есть в этой девушке. Что-то, что наводит на мысль, что она ведет дневник, и он мне нужен. Я хочу увидеть, что она скрывает за своей невинной внешностью.

Где бы она его спрятала?

Мой взгляд опускается на ковер. Между основанием кровати и полом есть небольшой зазор. Достаточно большой, чтобы подсунуть под него дневник. Я опускаюсь на колени, просовываю руку под кровать и — бинго! Мои пальцы касаются чего-то твердого. Я кладу на него руку и вытаскиваю.

Розово-фиолетовый блокнот с маленьким замочком, удерживающим его закрытым. Я не могу остановить закатывание глаз. Я никогда не понимал, почему люди думают, что замки на дневниках работают. Это буквально бумага и картон. Резкий рывок, и он отрывается от обложки. Я подбираю осколки замка, складываю их в карман и встаю. Спрятав дневник под мышкой, я выхожу из ее комнаты и возвращаюсь в свою.

На двери есть замок, который я поворачиваю, как только оказываюсь внутри. Мне нужно кое-что почитать, и я не хочу, чтобы меня беспокоили.

* * *

— Илай? — голос моего отца разрывает тишину, и я поднимаю глаза от дневника. — Илай! — его голос все ближе.

Я спрыгиваю с кровати и отодвигаю тумбочку от стены, кладу за нее дневник, а затем перемещаю ее, прежде чем пересечь комнату и открыть дверь. Я снова на своей кровати, когда мой папа стучит.

— Заходи, — я кричу.

Дверь распахивается, и он входит внутрь.

— Мне нужно, чтобы ты кое-что для меня сделал.

— М?

— Мне жаль. Я знаю, что тебе это не понравится. Я надеялся, что смогу взять выходной и завтра отвезти вас обоих в школу…

— Нет.

Мне не нужно слышать остальную часть предложения, чтобы понять, что он собирается сказать.

— Илай, — он тяжело вздыхает. — Можешь ли ты пойти мне навстречу? Я знаю, что ты наказываешь меня за то, что я женился на Елене, даже не сказав тебе об этом. Я понимаю, что ты злишься, но это моя вина, а не ее. И уж точно не ее дочери. Арабелле будет достаточно трудно освоиться в новой школе. Добавь к этому тот факт, что это жилой дом, в котором живут богатые дети, которым ни разу в жизни не пришлось бороться. Ей понадобится дружелюбное лицо.

— Я ей не друг.

— Но ты мог бы быть. У вас так много общего.

Я фыркаю.

— Мне нужно, чтобы ты сделал это для меня, сын. Ты жаловался, что оставил здесь свою машину в прошлом семестре. Вы можете ехать в школу на ней. Таким образом, у тебя будет машина, и ты не застрянешь в академии зависимым от Келлана весь учебный год.

Я ненавижу, когда люди используют мои желания против меня. В прошлом семестре я не мог взять свою машину в школу, потому что мой отец настоял на том, чтобы меня отвезли. Это означало, что я мог застрять на территории школы, если не считать тех случаев, когда меня отвозил Келлан, и это сводило меня с ума. Если у меня будет машина, я могу уехать, когда мне нужно.

— Хорошо. Но если она не будет готова, когда я захочу уйти, она может искать свой собственный путь.

Он не может скрыть облегчение в голосе.

— Спасибо, сын. Я уверен, если ты дашь ей шанс...

— Нет, — я тянусь к наушникам, давая понять, что разговор окончен.

Он остается в дверях еще секунду, прежде чем кивнуть и выйти, закрывая за собой дверь.

Глава 5

Арабелла

Первое, что я вижу, войдя в столовую, — это моя мать, свернувшаяся калачиком в кресле в белом атласном халате, открывающем одно плечо. Ее лицо выглядит отекшим и опухшим, красные глаза усиливают ее растрепанный похмельный вид.