Я оглядела зал в поисках ближайших родственников и заметила Сэма, разговаривающего со своим мужем среди толпы незнакомцев. Увидев нас, Сэм улыбнулся и помахал рукой.

— Ну и тётушка Сью, — покачал он головой. — Пригласить половину Уиннетки и сказать, что это только «для близких семьи и друзей». — Его взгляд скользнул от меня к Реджинальду. — Это твой…

— Достаточно серьёзный парень, с которым Амелия встречается ровно шесть недель, ни больше ни меньше? Да, — парировал Реджинальд и протянул руку. — Я Реджинальд.

Сэм моргнул, несколько секунд в замешательстве разглядывая буйство красок его пальто, ярко-голубые глаза и серьёзное выражение лица. Наконец он осторожно пожал протянутую руку… и тут же отдёрнул её.

Видимо, его удивило то же самое, что и меня вначале — вечный холод прикосновения Реджинальда.

— Реджинальд, — повторил Сэм, будто пытаясь вспомнить. Затем щёлкнул пальцами. — Точно. Ты же друг Фредерика и Кэсси, да?

— Именно, — подтвердил Реджинальд. — А ты, должно быть, Сэм.

— Да, — кивнул он и снова перевёл взгляд с него на меня. — Амелия, можно тебя на минутку?

Прежде чем я успела что-то ответить, Сэм оттащил меня в сторону, подальше от Реджинальда. Его обычно тёплые и добрые глаза теперь сверкали сталью, когда он всматривался в нас обоих.

— Что происходит? — спросила я, встревоженная.

— Он вроде нормальный, — произнёс Сэм тихо, почти шёпотом, но с нажимом. — Я знаю Фредерика через Кэсси, и он из тех, кому можно доверять. Так что если Реджинальд дружит с ним, наверное, мне и не стоит волноваться. Но если твой спутник сделает что-то… странное… ты мне скажешь?

Невероятно.

Он и правда сейчас включил режим старшего брата? Прямо тут, на семейной вечеринке, где единственной угрозой могли стать разве что сливочные закуски тёти Сью?

— Сэм, — простонала я. — Пожалуйста, успокойся.

Но он не отступил:

— Пообещай мне.

Я вскинула руки:

— Ладно, — буркнула я. — Если Реджинальд сделает что-то странное, я тебе скажу. Но я же уже объяснила: он не настоящий мой парень. Сегодняшний вечер закончится — и я его не увижу до свадьбы Гретхен. А после свадьбы — и вовсе никогда. — Я скрестила руки на груди.

— Амелия.

Мы одновременно повернулись на голос Реджинальда.

Ничего себе, он двигался бесшумно. И быстро. Мгновение назад он стоял у большого цветочного горшка, а теперь держал в руках тарелку с закусками и бокал белого вина.

— Это для тебя, — сказал он. — Не знаю, когда эти грибные штучки собирались подать, но я посмотрел на поваров, и они сразу отдали мне тарелку. — Он усмехнулся. — У меня отличный взгляд.

— «Повара»? — переспросила я, моргнув. — Ты имеешь в виду мою тётю и кузин?

Он пожал плечами:

— Возможно. Те, кто готовил еду.

Сэм что-то пробормотал себе под нос — я не расслышала, но прозвучало это примерно как «не верю, что мне опять приходится через это проходить». Громче он сказал, уже только мне:

— Мне нужно найти тётю Сью. Моя фирма согласилась помочь ей внести изменения в завещание, и мы хотели обсудить детали до вторника. Я скоро вернусь, ладно?

Мы с Реджинальдом молча проследили, как он вышел из комнаты.

— Думаю, я ему не понравился, — задумчиво произнёс Реджинальд.

— Уверена, это не так, — ответила я. — Просто у него сейчас период повышенной… заботы.

— Нет, — покачал головой Реджинальд. — Думаю, понравился я ему действительно мало. Но это нормально. Со мной так часто бывает.

Его печальная улыбка не должна была так сильно задевать меня. Он ведь был чужим. Но что-то в том, как на его лице мелькнула тень боли, задело меня до глубины души. Мне захотелось протянуть руку и кончиками пальцев разгладить морщинки на его лбу.

— Уверена, с Сэмом всё будет в порядке, — сказала я.

Во всяком случае, я на это надеялась. Последнее, что мне сейчас было нужно, — это чтобы мой брат начал вести себя странно из-за моего фиктивного парня прямо перед свадьбой Гретхен.

Вино было хорошим, и я осушила почти весь бокал в пару глотков. Я не спешила начинать пить, но как только бокал оказался в моей руке, поняла, что это вполне хороший способ успокоиться.

— Хочешь тоже выпить? — спросила я у Реджи. Острые грани моего напряжения уже начали сглаживаться. — Или перекусить?

Его глаза расширились. Он несколько раз резко огляделся по сторонам, словно проверяя, не услышал ли нас кто-то.

— Потом, — пробормотал он вполголоса. — Здесь слишком много людей.

Он сказал это с такой искренностью — впервые с тех пор, как мы сюда приехали, в его голосе послышалась настоящая тревога. Он относился ко всему этому так серьёзно. Это было даже мило.