Кожаные верёвки на ногах сорвало. Не ожидав такого, девушка неловко упала с дыбы на пол.

— Пошла отсюда! — довольно грубо рявкнул незнакомец. — Сегодня эта комната будет занята кое-кем другим.

Не обращая внимания на наготу, Виви поднялась на ноги и рванула к двери. Сердце в груди билось часто-часто! Оказавшись в коридоре, она схватила с ближайшей вешалки первый попавшийся халат и прикрылась им.

Выбежав в гостиную, Вивиан увидела входную дверь. Ослабевшие руки девушки с трудом отодвинули засов. Отперев целых три замка и сняв цепочку, она открыла её. Свет вечернего солнца ударил в лицо…

Осталось сделать всего шаг…

Вивиан стояла перед открытой дверью и не могла пошевелиться. Её до костей пробирало омерзение! Из-за гада Твикиса, чёрной комнаты и тысяч пролитых слёз в этом чёртовом подземелье. Шесть имён узниц седьмой камеры жгли изнутри, став частью самой Виви.

— А-а-а-а! — вопль Твикиса донёсся из-за спины.

Захлопнув дверь, девушка нашла ближайший стул и на всякий случай подпёрла им дверную ручку. Затем, кутаясь в халат, решительным шагом направилась к чёрной комнате.

[Что я делаю… Что я делаю… Что я делаю…]

— А-а-а-а!

Вопль донёсся из-за приоткрытой двери и вызвал волну мурашек, пробежавших по спине. Несколько секунд спустя Вивиан Тадлер сама зашла внутрь чёрной комнаты. Всем своим телом она ощутила, что невидимка сейчас смотрит на неё.

— М-мистер! П-прошу прощения, что прерываю, — девушку затрясло от страха. — Вам надо знать: Твикис работал не один. У него целая сеть контактов. Девушек п-помоложе отсюда увозили в другое место.

Порой, чтобы уничтожить зло, которого не должно существовать… Надо обратиться к ещё большему злу. Такому, чтобы маньяк стал молить о быстрой смерти, а души мёртвых наконец обрели покой.

Глава 18. Танцую на осколках сердца

9 мая 2028 года, Нью-Йорк (вечер)

Маркус Гринч (вторые сутки после возвращения)

С копами всё сложилось как нельзя лучше. Взяв на рецепции копию моего личного дела, они отвезли меня прямиком в 207-й полицейский участок. Именно он отвечает за Лоубридж и ещё четыре соседних района. Отсюда по утрам патрульные машины разъезжаются по округе.

Сразу по приезде копы стали оформлять протокол о задержании. Новичок-латинос под присмотром куратора стал зачитывать права.

— Мистер Гринч, вы имеете право на звонок адвокату.

— Вы тоже, сэр, — взглядом указываю на папку документов из больницы. — Кто-то напал на адвоката моей семьи Алекса Гробовски. Предполагается, что он ехал на встречу со мной. Я же находился в это время в палате. Дежурный врач, медсестра и юрист больницы это подтвердят. С какого перепугу Томас… эмм… сын Алекса, решил, что я причастен к нападению?

Новичок кропотливо заполнял протокол о задержании. Выслушав мою точку зрения, коп-куратор прищурил глаза.

— Мистер Гринч, если вы непричастны, тогда откуда вам всё это известно?

Пожимаю плечами.

— Мы с Томасом говорили по телефону за час с небольшим до вашего приезда. Я позвонил в контору «Гробовски и Сыновья», а там сработала переадресация звонка. Томас сам рассказал мне о нападении на отца. Так понимаю… он потом по номеру телефона понял, где я, и вызвал вас. Кстати, вы молодцы, что мою медицинскую карту прихватили. Детективу…

— Поучи меня ещё! — перебив меня, буркнул коп-куратор и ткнул в бланк протокола. — Так, новичок. Пиши, что задержанный угрожал стволом в присутствии гражданских. Тебе этот пункт нужен для полного прохождения стажировки в нашем полицейском участке.

Не отрывая глаз от протокола, латинос-новичок стал вписывать новые пункты. В глаза не смотрит, гад! Как и куратор, он знает, что творит, по сути, полицейский произвол. Во мне за секунду вскипела ярость и желание набить морды обоим копам.

— Господа, — мой голос стал холодным, — вы же понимаете, что слова о стволе в штанах являлись шуткой?

Коп-куратор нагло усмехнулся.

— Но вы же их сказали, мистер Гринч? А теперь ещё и подтвердили.

Мы находились на рецепции полицейского участка. Позади меня куча галдящих гражданских, ожидающих оформления документов. За наглой парочкой ходят угрюмые копы, перекладывающие бумажки.

Подхваченный Телекинезом кувшин с горячим кофе опрокинул своё содержимое на двух копов. Затем так же быстро вернул тару на место. Энергии угрохал массу, но своего добился.

— А-а-а! — заорав, коп-куратор схватился за промокшую спину. — Какого чёрта?!

— Горячо-горячо-горячо…

Латинос-новичок смахнул со стола промокший отчёт и принялся трясти рукой. Наставник своей широкой спиной прикрыл его от большей части кофе. Оба копа заозирались, пытаясь понять, кто из коллег над ними так жёстко подшутил.