Как только Кензи отскакивает в сторону, однорукий заклинатель судорожно сглатывает.

— Боги.

— Она ураган, но я готова убить, чтобы защитить ее в любой день, — пожимаю я плечами.

За исключением того, что Феликс продолжает пялиться вслед Кензи, я понимаю, что он не просто сбит с толку ее непревзойденной способностью быстро произносить слова.

Нет, он… поражен.

— Ей… ей нужна какая-нибудь помощь? — с надеждой спрашивает он. — С чем-нибудь? Вообще?

— Я уверена, что ее пары помогут ей, если она это попросит.

Его лицо вытягивается, и он прочищает горло. — О, точно. Она упомянула, что у нее уже есть квинтет.

— Да. Неполный. — Я прищуриваюсь на Феликса, рассматривая его. — Если подумать, им не хватает заклинателя.

Он все еще смотрит вслед Кензи, когда у меня по спине пробегает холодок. Я вытягиваюсь по стойке «смирно», когда мои чувства обостряются и все инстинкты тоже. Мой взгляд скользит к возвышающейся туманно-серой Границе.

Демоны-тени. Я чувствую их приближение — ихмного.

Слишком много.

Я ругаюсь и снимаю перчатки, засовывая их за пояс леггинсов, пока рисую адский символ руками и закрываю глаза. Выдыхая запретные слова, я чувствую, как мой пульс начинает замедляться.

— Бу? Что ты делаешь? —Бэйлфайр проверяет телепатически.

Мгновением позже я чувствую Крипта рядом со мной. — Пытаешься заглянуть вперед, любимая?

— Перестань ее беспокоить. Ей нужно сосредоточиться для этого заклинания,— утверждает Сайлас через связь.

Эверетт тоже что-то говорит, но его голос затихает, когда вокруг сгущается тьма. У меня перехватывает дыхание. На мгновение я чувствую, как смерть приближается ко мне, почти как прикосновение холодных пальцев к коже моего лица. Мое внимание переключается на теневое сердце в моей груди, когда я готовлюсь задействовать способности Амадея, чтобы увидеть, что, черт возьми, произойдет.

Но когда я пытаюсь, мне кажется, что я потянула не за ту свободную ниточку. Вместо вспышек будущего, темная злоба эхом отдается в моем сознании, когда его глубокий, рокочущий голос проносится в моей голове.

— Дочь. Твои сны выдали твое предательство.

Я не могу дышать. Щупальца страха обвиваются вокруг меня, перекрывая доступ кислорода, когда страх сгущается в моей груди.

Я борюсь с чувством, что погружаюсь в забвение, борюсь с этой темной связью, пока сердце тени внутри меня сжимается, содрогаясь в ответ на контроль Сущности.

Пока я не почувствую, что меня дергает что-то еще — нет,четыре других чего-то. Они навязчиво терзают мою душу, согревая пустоту в моей груди.

Я, наконец, отрываюсь от связи с резким вздохом, мои глаза распахиваются, и я вижу, что Бэйлфайр держит меня в своих объятиях. Остальные собрались вокруг с нахмуренными лбами.

— Черт возьми, Дождевое Облачко. Ты в порядке? — Спрашивает Бэйл. — Что только что произошло?

Я дезориентирована и извиваюсь, пока он не опускает меня на землю. Он не отпускает меня полностью, так как я все еще нетвердо стою, но я игнорирую затянувшуюся слабость от ритуала и смотрю на каждую из своих пар по очереди.

— Мэйвен? — Тихо спрашивает Эверетт, заглядывая мне в глаза. — Поговори с нами.

Ужас, который преследует меня с тех пор, как мы прибыли сюда, стискивает мне горло.

— Битва уже в разгаре. Мы…

Я сильно качаю головой, оглядываясь в поисках Феликса. Он стоит в паре ярдов от нас, озабоченно хмурясь, но вытягивается по стойке смирно, когда я ловлю его взгляд.

— Скажи всем людям, которые остались на Гаранице, убираться оттудасейчас. Амадей… — Мой голос срывается, поэтому я повторяю шепотом. — Он знает о побеге. Его силы уже в пути, чтобы остановить это.

Мои пары ругаются. Феликс кивает и направляется к контрольной точке, крича прибывающим людям поторопиться, прежде чем он проскользнет обратно за Границу, чтобы поторопить всех оставшихся.

Мой пульс продолжает бешено колотиться. — Сайлас, скажи охотникам за головами, что битва вот-вот начнется. Они должны быть готовы на контрольной точке. Бэйлфайр, работай с реформистами. Крипт…

— Я остаюсь с тобой, любимая, — твердо говорит он, его фиалковые глаза сверкают.

— Какой бы ад ни разверзся, мы останемся на твоей стороне, — соглашается Эверетт.

В конце поля Граница колеблется перед ужасно пронзительными, потусторонними воплями, эхом разносящимися в холодном воздухе — звуками приближающейся огромной волны демонов.

Убегающие люди Нэтэра слишком хорошо знают этот звук и единой огромной массой устремляются к задней части поля, расчищая большую его часть в рекордно короткие сроки. Охотники за головами и Реформисты быстро мобилизуются, их внимание сосредоточено на заклинании «Светящаяся точка пути», поскольку они готовятся к тому, что должно произойти через него.

На мгновение кажется, что само грозовое небо затаило дыхание.

А затем ад прорывается через Границу в этот мир.