Хантер делает глубокий вдох, его губы приоткрыты в изумлении, а затем он дергает меня к себе, и наши губы сталкиваются. Это жесткий, быстрый поцелуй, после которого он говорит: — Ну слава богу. — Еще поцелуй. — Господи, ты заставила меня изрядно попотеть. — Поцелуй. — Я тебя никогда не отпущу, как бы ты ни злилась во время наших ссор. — Поцелуй. — Черт. — Поцелуй. — Наконец-то.

Когда я начинаю смеяться, он отстраняется и шепчет, глядя мне прямо в душу: — Ты всегда должна была быть моей, Джейд. Слово «любовь» даже близко не описывает то, что я к тебе чувствую. Твой огонь... боже, ты — настоящий огонь. Я живу ради него.

— Боже, я перепил, — хлюпает носом Джейс. — Не верю, что я, блин, плачу. — С отвращением он вытирает слезу со щеки.

Мила и Хана вцепились друг в друга, сияя от радости. Као и Ноа просто ухмыляются. Но Фэллон... Фэллон — это просто рыдающее нечто. Облегчение исходит от нее волнами, и я понимаю, как тяжело ей далась наша с Хантером война.

Я сжимаю ее руку: — И мы любим тебя за то, что ты всегда была «миротворцем» между нами.

— Я просто так рада, — выдавливает она. — Чувствую себя гордой мамашей, чьи дети наконец-то помирились.

Я смеюсь и обнимаю ее, и тут же на нас наваливаются все остальные.

— А-а-а! Слезьте с меня! — хохочет Фэллон. — Вы весите тонну!

ХАНТЕР

Я почти не спал, когда утреннее солнце начало выползать из-за горизонта. Я прокручивал в голове события прошлой ночи, боясь, что проснусь и все окажется сном.

Азарт бурлит в груди. Я откидываю одеяло, иду в ванную и включаю душ. Сбросив треники, я встаю под струю воды.

Закончив, я вытираюсь и обматываю полотенце вокруг талии. Чищу зубы, бреюсь и иду к шкафу. Хочется выглядеть на все сто, поэтому я выбираю черные брюки карго, строгую рубашку в тон и черные кожаные броги от Versace. Закатываю рукава рубашки до локтей, надеваю на запястье свой Rolex.

Довольный своим отражением, я выхожу из комнаты. Дверь Джейд открыта, заглядываю внутрь — ее нет. Видимо, в спортзале.

Джейс зевает, когда я захожу на кухню.

— Кофе будешь?

— Да, пожалуйста. — Я сажусь за стойку и ухмыляюсь ему. — Я ни на секунду не сомкнул глаз.

Он бросает на меня завистливый взгляд: — Тогда почему ты выглядишь таким бодрым? Я труп. Клянусь, я засну прямо на лекциях.

— Так тебе и надо, нечего так много тусить, — подначиваю я.

Он ставит передо мной кружку и делает огромный глоток из своей.

— Твоя влюбленная рожа — это слишком сурово для такого раннего утра.

Допив кофе, он уползает обратно в комнату.

Я посмеиваюсь, прихлебывая напиток. Я как раз споласкивал кружку, когда дверь открылась. Зашла Джейд, уткнувшись в телефон и вынимая наушники. Она потная и еще не восстановила дыхание после пробежки, но, черт возьми, этот спортивный костюм сидит на ней просто идеально.

— Доброе утро, — говорю я, прислонившись к стойке.

Она вскидывает голову и замирает.

— Доброе.

Я ухмыляюсь: — Мы — пара.

Она заливается смехом.

— Да. Значит, это все-таки случилось прошлой ночью.

Я знаю, что она не сразу привыкнет. У Джейд был всего один парень, ей нужно время.

Парень. Моя улыбка становится еще шире.

— Ты моя девушка.

Краска заливает ее лицо, и она признает мои мысли: — Мне еще нужно к этому привыкнуть.

Я отталкиваюсь от стойки и иду к ней. Взгляд Джейд скользит по мне, и когда ее глаза темнеют, я чувствую чертовское удовлетворение — ей нравится то, что она видит.

Когда я пытаюсь коснуться ее лица, она отстраняется: — Нет, я вся в поту после пробежки. Дай мне сначала принять душ.

Я делаю резкий шаг вперед, обхватываю ее лицо ладонями и крепко целую в губы, после чего хрипло шепчу: — Твоя потная кожа — это чертовски сильный возбудитель.

— Хантер! — выдыхает она, мгновенно становясь пунцовой. Она вырывается и убегает в спасительную прохладу своей комнаты.

Я негромко смеюсь. Черт, мне будет так весело учить Джейд тому, что такое настоящие отношения.

Взрослые отношения.

ГЛАВА 22

ГЛАВА 22

ДЖЕЙД

Это происходит.

О боже.

Я опускаюсь на кровать и тупо смотрю в пол. Между мной и Хантером все по-настоящему. Прошлая ночь не была сном.

Несмотря на то что я открылась ему, эти отношения кажутся чем-то совершенно новым, будто я плыву по неизведанным водам.

В комнату заходит Мила, а за ней Фэллон и Хана. Они закрывают дверь и усаживаются рядом со мной на кровать.

— Выкладывай все, — требует Мила, придвигаясь ближе.

— Вы же сами там были, — спорю я. — Рассказывать больше нечего.

— О, нет, — не соглашается Фэллон. — Как ты себя чувствуешь? Ты счастлива? Ты уверена насчет Хантера?

Я жду, пока она закончит этот поток вопросов, а потом признаюсь: — Я люблю его, и я счастлива, но…

— Но? — Хана округляет глаза.

— Но… все это так в новинку, — выдыхаю я. — С Брэди прошло три месяца, прежде чем мы впервые поцеловались. И это был просто чмок в губы. Все наши отношения состояли из держания за руки и объятий.

Мила скрещивает ноги и переглядывается с Фэллон.