Уголки его губ приподнимаются: — Да. Давай закончим здесь, чтобы поскорее попасть домой. Нам еще многое нужно успеть.

Райкер нежно целует меня в губы, а затем долго смотрит мне в глаза.

— Спасибо, что доверяешь мне.

— Свою жизнь? — шепчу я, чувствуя, как подкатывают слезы. — Всегда.

ГЛАВА 19

ДЭННИ

Нам удалось перевезти мои вещи и кое-что из личного к Райкеру. Он мотался туда-обратно на машине, перевозя коробки, пока я занималась упаковкой.

Я только что закончила переставлять всё в шкафу, чтобы освободить место для своей одежды, и выхожу в гостиную, где Райкер работает над доверенностью.

Когда я сажусь рядом, он прокручивает документ в самое начало.

— Прочитай внимательно.

Я пробегаю глазами текст, затем спрашиваю:

— Мне подписать сейчас?

Он качает головой.

— Завтра, в присутствии доктора Фридмана. Я хочу, чтобы он был свидетелем, тогда это невозможно будет оспорить.

— Хорошо. — Я откидываюсь на спинку дивана, и мои мысли невольно возвращаются к операции. Внезапно до меня доходит, что они, скорее всего, сбреют половину моих волос, и я резко выпрямляюсь. — О боже.

— Что? — Райкер вздрагивает. — Голова болит? Что случилось? Ты в порядке? — В его глазах вспыхивает паника, он испуганно осматривает меня.

— Они же сбреют половину волос для операции. А от облучения и химии, скорее всего, выпадет всё, что останется.

Райкер склоняет голову, и на его лице отражается понимание.

— Мне жаль, малыш.

Я вскакиваю, бегу в ванную при спальне Райкера и замираю перед зеркалом. Райкер заходит следом, поднимает руку и нежно проводит ладонью по моим волосам.

— Они отрастут, Дэнни.

Я киваю, тяжело сглатывая.

— Я знаю, но от этого не легче. — Встретившись с ним взглядом, я спрашиваю:

— У тебя есть ножницы?

Он хмурится:

— Хочешь подстричься сама?

— Лучше так, чем терять их прядь за прядью. — Сделав глубокий вдох, я добавляю: — Это вернет мне хоть каплю контроля над ситуацией.

Райкер кивает и уходит в спальню. Он возвращается со стулом, набором для стрижки и ножницами. Его взгляд прикован к моему.

— Позволишь мне это сделать?

Мы смотрим друг на друга мгновение, а затем я киваю и сажусь на стул. Райкер заходит мне за спину и спрашивает:

— Где разрез после той биопсии, которую тебе делали?

Я поднимаю руку и слегка прижимаю пальцы к до сих пор чувствительному месту. Райкер отодвигает волосы и замирает.

— Жаль, что ты не сказала мне раньше и проходила через всё это одна.

— Я не хотела тебя волновать, вдруг это окажется пустяком.

— Твои походы в больницу в одиночку — это не пустяки, Дэнни, — ворчит он.

Он проводит рукой по моим волосам, и я чувствую, как он нежно целует макушку.

— Ты готова?

Я киваю, потому что не могу заставить себя произнести «да».

Пальцы Райкера касаются моей шеи, когда он собирает волосы в хвост. Я закрываю глаза и сжимаю кулаки. Раздается хруст ножниц. Лицо искажается, слезы готовы хлынуть из глаз, но я сдерживаюсь, пока мои волосы один за другим падают на пол.

Через пару минут Райкер произносит:

— Черт, а с короткими волосами ты выглядишь очень сексуально.

Из меня вырывается звук, который должен был быть смешком. Он снова целует то, что осталось от моих волос, откладывает ножницы и берет машинку.

— Будешь выглядеть круто, как будто собралась в армию. Вполне в духе твоего боевого характера.

Боже, как же я люблю этого человека. Даже в самое мрачное время он пытается заставить меня чувствовать себя лучше. Машинка начинает жужжать, и я чувствую руку Райкера на своей голове. Он подхватывает срезанные пряди, чтобы они не падали мне на колени. Тело начинает пробивать дрожь, и когда жужжание прекращается, я не нахожу в себе сил открыть глаза.

Райкер еще раз целует меня в голову и шепчет:

— Я люблю тебя, Дэнни.

Я киваю и встаю. Открыв глаза, я стараюсь не смотреть на пол или в зеркало. Стараюсь и с треском проваливаюсь. Как только я вижу волосы на полу, из груди вырывается рыдание. Райкер отшвыривает стул в сторону и прижимает меня к себе.

— Ты всё еще самая красивая женщина на этой планете, — говорит он, осыпая поцелуями мое лицо и голову.

Я судорожно вздыхаю, уткнувшись в его грудь, и изо всех сил пытаюсь унять слезы. Это только начало. Я не могу раскиснуть из-за волос, когда борюсь за свою жизнь. Эта мысль помогает мне успокоиться, и когда я поднимаю взгляд на Райкера, мне даже удается улыбнуться.

— Ну, что скажешь? Мне идет этот новый образ?

Уголки его губ ползут вверх, в его глазах столько любви:

— Сексуально до чертиков.

Я смотрю в глаза Райкера и осознаю, насколько он сильный. Какой он верный. Как сильно он меня любит. Положив руку ему на челюсть, я приподнимаюсь на цыпочки и нежно целую его в губы. Отстранившись, я шепчу: