— Это пока только сон, — ответила я, застегивая сумку с туалетными принадлежностями и ставя ее на пол.

Когда наступят эти дни, кому-нибудь придется принести мне тампоны, но из-за горячки у меня не было месячных, поэтому я надеялась, что они скоро возобновятся.

Тогда мы могли бы заключить сделку, и мне не пришлось бы сидеть в тюрьме.

Получить лучшее из двух миров, не правда ли?

Минус заключался в горячке.

Я была бы счастлива, если бы прожила остаток жизни, ни разу ее не испытав.

Август обхватил мои бедра руками и прижал к своему телу. При этом он повернул меня лицом к себе, когда я мягко опустилась на каменную кровать.

— Все еще спишь, — прошептала я, когда его прищуренные глаза скользнули по моему лицу.

Наконец, его губы коснулись моих.

Это было горячо.

Грубо.

Губы, язык и зубы пошли в ход.

Через мгновение он с рычанием вырвался из моих объятий, вцепившись руками мне в лицо.

— Что за чертовщина, Огненный Шар? Кто тебя сюда привел?

— Я сама. — я встретила его взгляд с вызовом.

Я не уйду, что бы он ни сказал.

— Здесь нельзя остаться одному и не сойти с ума. Ты не уйдешь, даже если от этого будет зависеть твоя жизнь. Вот ответ. — я указала на себя. — Я..

— Ты не останешься со мной в этой чертовой камере. Я боролся с горячкой неделями, чтобы не дать тебе попасть сюда. Я видел твои страдания и заставлял себя ничего не делать, я…

— Как думаешь, что я буду чувствовать, когда ты умрешь здесь? — спросила я.

Он моргнул.

Его лоб слегка наморщился.

— Ты вообще думал обо мне? Ты говорил, что мы пара, Август. Я проснулась в нашей постели одна утром после того, как мы наконец-то переспали. Ты не попрощался. Просто бросил меня. Элай все время говорил, что ты вернешься, что хочешь меня, но сам ты этого не говорил. Я думала, что есть большая вероятность, что ты меня отвергнешь, пока сегодня утром не назвал меня своей парой. Я думала, что пришла сюда зря, потому что ты меня не хотел. Я…

Его губы снова прижались к моим, сильнее, чем прежде.

Ещё более отчаянно.

Я почувствовала вкус его крови во рту, когда поцелуй открыл одну из его ран, но он не остановился.

Поэтому я тоже этого не сделала.

Август притянул меня к себе.

Поцеловал еще сильнее.

Он посадил меня к себе на колени и снова обхватил мое лицо, пока я ощущала его член. Как ему удавалось оставаться возбужденным со всеми этими ранами, я не понимала.

Его взгляд встретился с моим, яростный, эмоциональный и все еще полный гнева.

— Я хотел тебя. Всегда хотел и всегда буду. — он снова грубо поцеловал меня, но через мгновение отстранился. — Я чертовски зол, что ты пошла за мной сюда. Меня убивает то, что ты подвергла себя опасности. Что пробралась в тюрьму. Что летела с моим братом. Но я достаточный мерзавец, чтобы, несмотря на свою злость, чувствовать облегчение. — Август провел большим пальцем по моей скуле. — Облегчение от того, что ты здесь со мной, так что я не один. Что мы по-прежнему команда.

Я прикусила губу.

— Прости. Мне следовало попрощаться. Следовало подумать о том, как сильно это тебя ранит. Следовало дать тебе понять, что я принадлежу тебе так же, как и ты мне, и что я вернусь к тебе, чего бы это ни стоило. Даже если это будет означать отказ от всего этого.

— Ты только что сказал мне, что не готов их покинуть.

Напряженность в его взгляде немного спала.

— Я же говорил, что они не позволят мне умереть. В конце концов, они меня вытащат. Они злятся на меня, но не хотят моей смерти. Если бы хотели, мои братья бы вмешались.

Я нахмурилась.

— Значит, они не собираются оставить тебя на произвол судьбы, чтобы ты сошел с ума или страдал?

— О, они хотят, чтобы я страдал. Чтобы я немного сошёл с ума. Но они не позволят этому меня убить.

Ах.

Замечательные друзья и семья. Действительно, просто замечательные.

Я даже не могла притвориться, что понимаю, как устроены драконы, но его это, похоже, не беспокоило, поэтому я ничего не сказала.

— Ну, я никуда не уйду, — наконец сказала я. — По крайней мере, пока у нас не состоится более содержательный разговор. — я жестом показала на нас обоих. — Допустим, ты переживешь эти шесть месяцев, что мы будем делать дальше? Какой у тебя план? Стать правой рукой Джаспера или что-то в этом роде?

— Я надеюсь, что после этого мне вообще не придётся вмешиваться в политику Грома. Уйти от них означало бы изгнание, поэтому я не могу этого сделать. Если меня изгонят, я останусь один. Если что-то случится с Бринн, моими братьями или с тобой, мне не к кому будет обратиться. Как бы мне это ни нравилось, мне нужна их поддержка.

Что же, мне понравился этот ответ.