В конце концов, она с криком кончила и прижалась к моим пальцам. Ее наслаждение пропитало мою руку, заставив меня пробормотать ругательство, пока мой член пульсировал еще сильнее.

Элоди была чертовски восхитительна.

Мне хотелось прикоснуться к ней губами, но я сдержался, не зная ее реакции на удовольствие.

Она все еще держала мою руку между своих бедер, и я нежно касался пальцами ее клитора так, как она бы этого хотела.

Дрожание бёдер прекратилось, когда она пришла в себя после эйфории и открыла ошеломлённые глаза.

Я внимательно наблюдал за ней, когда до нее наконец начала доходить реальность происходящего.

 

— Ты со мной, Огненный Шар?

— Думаю, да. — ее голос был тихим.

Задыхающимся.

— Мне опять снились эти проклятые сны.

— Опять? — прорычал я.

Если ей приснился кто-нибудь, кроме меня… я, блять, убью демонов.

— Прошлой ночью они тоже мне снились. Элай сказал, что демоническая магия может вызывать странные сны. Но не сказал, что они сведут меня с ума от потребности. Я почти не спала, — призналась она.

— Кто тебе снился?

Она закатила глаза.

— Ты, конечно.

Ревность в моей груди немного утихла.

— Ты себя трогала?

Элоди покачала головой.

— Наверное, мне следовало так поступить. Может, тогда я бы снова уснула, вместо того чтобы зацикливаться на том, что ты меня отвергнешь.

— Я никогда бы не стал. — я слегка надавил на её клитор в наказание за то, что она подумала, будто я это сделаю. Бёдра Элоди слегка выгнулись.

— Спасибо, что разбудил. И прикоснулся ко мне.

— Не благодари. Мне стоило огромных усилий, чтобы не трахнуть тебя до беспамятства.

Ее губы изогнулись в улыбке.

— Звучит заманчиво. Почему ты этого не сделал?

Мой член запульсировал.

Я кончу прямо в гребаные штаны, если она продолжит так на меня смотреть.

— Ты спала.

— Это никогда не мешало тебе заниматься со мной оральным сексом.

Нет, не мешало.

И мне хотелось сделать это вновь. Очень сильно.

Элоди слегка прижала ногу к моему члену. Этого давления было достаточно, чтобы я сжал челюсти от желания. Всё тело болело от травм, но я хотел её больше, чем меня волновала боль.

— Решил, что должен сначала сдержаться, раз уж мы провели вместе только одну ночь, — процедил я сквозь зубы.

— Я это ценю. — она сильнее прижала ко мне ногу, и я выругался. Ее губы изогнулись в улыбке. — Я тебя убиваю, да?

— Ты даже не представляешь.

Она улыбнулась и высвободила мой член. Ее рука обхватила меня, а я крепко зажмурил глаза, борясь с удовольствием.

— Ты себя трогал? — спросила она.

— Пытался. Не мог кончить без тебя. Знал, что ты можешь быть с кем-то другим. — ответ было трудно выдавить из себя, когда её пальцы касались меня, а запах её желания так густо витал в воздухе.

— Дай мне свои пальцы.

Ее приказ чуть не вывел меня из себя.

Я ввел в нее три пальца, как ей нравилось. У Элоди перехватило дыхание, и бедра слегка выгнулись.

— Как ощущения?

— Ты мокрая. — мой голос дрожал.

— Только для тебя, Агги.

Эти слова выбили меня из колеи.

— Ты слишком близко. Не кончай, пока не войдешь в меня. — от ее приказа у меня сильно закружилась голова.

— Ты хочешь мой член?

— Всегда.

Она сводила меня с ума, но в самом лучшем смысле этого слова.

— У меня нет сил затягивать процесс, — сказал я, оттягивая в сторону её шорты. — И у меня нет терпения раздевать тебя.

— Хорошо. Трахни меня уже.

Я не стал терять времени, приподняв её ногу повыше, пока входил.

Брал ее.

Делал своей.

Элоди ахнула, дыхание у нее стало прерывистым, а глаза широко раскрылись.

— Забыла какой ты большой.

— Забыл какая ты тугая, — прорычала я, снова толкаясь в нее.

И снова.

И снова.

Её крики наполнили воздух, когда я зарычал от оргазма, наполняя её своим семенем. Она сжалась, кончая вместе со мной, усиливая ощущения для нас обоих.

— Не останавливайся, — простонала она, когда оргазм утих.

— Я и не собирался, Огненный Шар. — мои губы коснулись её губ, лба, ключицы, прежде чем я снова вонзился в неё, и мы оба погрузились в наслаждение.

 

* * *

 

Только к середине следующего дня мои братья наконец поняли, что моя женщина пропала.

Как бы меня ни раздражало, что они не заметили её отсутствия, я был рад провести с ней время наедине. После того, как Элоди поняла, что у меня снова началось кровотечение, она отказалась от дальнейшего секса, пока я не выздоровею. Поэтому нам не осталось ничего другого, как разговаривать.

Было приятно наверстывать упущенное. Она заставила меня рассказывать ей обо всех боях, а я заставил ее рассказывать мне о каждом приеме пищи, который она помнила.

Ей нужно было больше еды.

Меня раздражало, что я не мог ей это достать.

Я услышал их шаги раньше, чем увидел.