– Это значит допросить его в Доме правосудия, при свидетелях? – поняла Пейдж, уже чувствуя разницу между сегодняшней беседой с Леонардо «не для протокола» и грядущей – с аристократом.

Киллиан кивнул, поджав губы. Притормозил на перекрестке по сигналу регулировщика и застучал пальцами по рулю. И безмерно порадовал Пейдж тем, что она могла считать хоть какую-то его реакцию на внешний мир, помимо стеклянного безразличия.

– Ему нужно отправить уведомление о вызове, дождаться его прибытия, зафиксировать документально, – нудно перечислял Киллиан, возобновив движение. – Дело ускорится, только если отдать ему уведомление лично, не дожидаясь почты. Но сегодня уже не успеть засветло доехать до Хиллхауса и вернуться, это примерно тридцать миль в одну сторону. Значит, завтра с самого утра…

– Зачем вам терять целый рабочий день на какую-то бумажку? – искренне удивилась его рвению все сделать самому Пейдж. – Уверена, найдутся дела поважнее, например разузнать побольше об этом судне и его капитане. Или разобраться, почему же лодка с товаром оказалась брошена, если Леонардо был уверен, что в ней настоящий виски. А я могу нанять кеб и передать уведомление сама. Просто отдать документ – вполне себе дело для помощницы. Ведь вы говорили, что я ваш посыльный…

Она и сама не ожидала от себя, но ей действительно хотелось быть полезной. Обсуждение хода расследования увлекло, а долгое время пребывавший в спячке за ненадобностью мозг усердно разминался, и это оказалось приятным. Особенно то, как ее правильные вопросы подталкивали Киллиана к рассуждениям.

– Верно мыслите, мисс Эванс. – Уголок его губ дернулся в быстрой, едва успевшей мелькнуть улыбке. – И вопросы задаете самые насущные, на которые и я бы хотел поискать ответы. Вот только одну я вас точно не отправлю. Поедете с инспектором Уайтом. Он опытный полицейский, и ему можно доверять.

– Даже собственное имущество? – невинно протянула Пейдж, просто не удержавшись от подкола в интонации.

И тут же пристыженно замолчала, чувствуя, как жарко прилила к лицу кровь. Она боялась посмотреть на Киллиана, не зная, как он отреагирует. Есть ли у него вообще чувство юмора. Вчера бы она сказала однозначно: никаких шуток этому сухарю понять не дано природой.

– Если имущество столь находчивое, то я бы скорее беспокоился за Уайта, – усмехнулся он, чуть прибавив газ на свободной дороге.

– О моей находчивости вы сделали выводы, когда я подслушивала чужие разговоры в туалете или когда доставала гниющую печень из трупа? – Его реакция вдохновила Пейдж на продолжение.

– Когда вы сами сбили цену за себя на невольничьем рынке, – легко отозвался Киллиан, по-прежнему глядя лишь на проезжую часть с задумчиво сведенными бровями. – Раз уж из вас поток вопросов льется без остановки, то и я хочу задать свой. Почему?

– Почему сбила цену? – невесело хмыкнула Пейдж, в попытке спрятать смущенный взгляд обводя ручкой в блокноте фамилию «Комптон». И дорисовала цветочки сбоку. – Да этот барыга уже просто безбожно наглел…

– Нет, почему вообще пошли продавать себя, – прервал ее Киллиан. – Как я понял, деньги получил брат. Но судя по написанной вами бумаге о деле матери, он совсем не жалкий ублюдок и не стал бы торговать сестрой. В вашем решении отказаться от года жизни за не такую уж великую сумму в двадцать тысяч явно не хватает какого-то важного звена, и, когда я пытаюсь связать цепочку событий, у меня не выходит. А я не люблю чего-то не понимать.

Пейдж нахмурилась, думая, стоит ли увильнуть от ответа или же… ах да, у нее нет выбора. Только правда. Она с чуть более яростным нажимом на ручку подрисовала буквам завитушки и наконец тяжело вздохнула:

– Я могу не отвечать? Потому что лгать мне запрещено.

– Можете. Но, во-первых, тогда я решу, что вы скрываете нечто серьезное и незаконное. А во-вторых, как уже показал сегодняшний день, не знать о собственной помощнице элементарных вещей – плохая политика, которая может мешать делу. Я не приказываю, но хочу услышать причину.

Его спокойные, очень прямолинейные и честные слова невольно располагали. Уже было подумав, что господин пытался лезть ей в душу – куда такого, как он, вообще лучше не подпускать на пушечный выстрел, – Пейдж облегченно улыбнулась. Для него это всего лишь работа, а к работе он точно подходил со всем старанием. Что ж, в таком случае…

– Вам не хватает Сью, – призналась она, с теплом вспоминая маленькую непоседу и ее звонкий смех, по которому успела соскучиться. – Звено – это моя годовалая племянница. Она… очень больна. Лекарства стоят дорого, еще дороже – приемы у врача. Без матери она бы не смогла, Дженна кормит ее молоком. Гейл обеспечивает их как может, без его заработка они бы вообще не выжили. Вот и получилось… что на это могла пойти лишь я.