Я рванул в сторону, прикрываясь правой рукой. Усилием воли сгустил всё пламя возле неё, закручивая и формируя подобие пламенного бура которым врезался в хищного Хала, сжигая его порченую плоть, но….

Он не остановился.

Из его уродливого рта показался ещё один, новый Хал. Пока предыдущий догорал, «новый» устремился к моей голове.

Что за матрёшка?! ОНИ ДРУГ В ДРУГА ЗАЛЕЗЛИ?!

Между мной и смертью оставались сантиметры.

— Щит! — ударила в голову мысль, не моя, но и не чужая.

В последний момент моё лицо закрыло щитом из духовного пламени, который принял на себя удар моего противника. Тот обжёгся и отпрянул, но огонь уже принялся пожирать его духовное тело прямо с пасти.

Пламенный «бур», которым я отбивался, растаял за какую-то секунду. Остатки Огненного Вихря вокруг меня замедлились и стали разлетаться во все стороны всполохами пламени.

Но главное — моя чувствительность к огню и его жару начала теряться…

[Нарушение Шаманского Транса.

Дух-союзник проявил свою волю.

Рассинхронизация с духом-союзником.]

НЕЛЬЗЯ ЭТОГО ДОПУСТИТЬ!

[Восстановите слияние с духом-союзником, в противном случае Шаманский Транс будет прекращён.

Запас Яры: 49%.

Запас Яры Горыныча: 32%.]

— Горыныч, восстанавливаем единение! — сказал я и Намерением сосредоточился на нём, параллельно заливая ему свою Яру.

— Единение… — ответил он. Но по его эмоциональному отклику я чувствовал, что ему сейчас очень нелегко.

Это ведь именно он нарушил Транс, чтобы прикрыть меня Щитом от налетающего Хала, а этот рассинхрон сыграл с ним злую шутку.

— Держись! — шикнул я вливая в него ещё Яры.

[Запас Яры: 41%.

Запас Яры Горыныча: 40%.]

Живём! Держимся!

Я выдохнул, ощущая как контроль над пламенем вокруг вернулся. Вот только Халы…

Тот, кого я поджёг последним, ярко полыхал, извиваясь в воздухе. А из его пасти, спасаясь от огня, пытался выбраться другой.

Не отпущу, тварь!

Я стиснул зубы и с непроизвольным рыком пошёл прямо на Хала, собирая рядом с собой остатки Огненного Вихря. Не стал бить издалека, чтобы не ослаблять собственную защиту.

Но в этом уже не было нужды. Все Халы оказались заперты внутри друг друга. Каждый новый пытался выбраться из полыхающего собрата, но встречал пламя моего Вихря в морду.

Один… второй… четвёртый… он оказался последним. Все духи-паразиты сгорели друг за другом.

Мир стал чище.

[Запас Яры: 36%.

Запас Яры Горыныча: 34%.]

А Яры у меня оставалось всё меньше и меньше.

Я сделал вдох-выдох и повернулся к великану, который продолжал зачитывать своё заклинание. Но порча, поднимающаяся от него, уже довела слова над его головой практически до полного совершенства.

Халы, которые «пили» энергию горы, сейчас работали за двоих. То, что я отвлёк половину их мерзкой стаи, выиграло духу горы время, а великану усложнило задачу.

Но он продолжал. И был критически близок к успеху.

Яры у меня почти не осталось… единственное, на что хватит — это на поджог самого великана.

А потом?

Дёру-дёру-дёру!!!

С тем бирюзовым духом сегодня не пообщаюсь, но хотя бы спасу его… на одну ночь.

Я двинулся на великана. Часть леса возле него всё ещё полыхала, я потянулся к этому пламени своим Намерением, чтобы взять его под контроль.

Но…

Опоздал.

Трещина выросла на духовной стене, а в следующую секунду она вся рассыпалась на тысячи осколков тонкой Яры, теперь больше похожей на скорлупу, чем на камень. Заклинание над головой великана вспыхнуло зловещим багрянцем и рассыпалось вместе с ней.

А сам гигант произнёс последнее слово, после чего обернулся. На меня. Знакомые оранжевые глаза встретились с моими. И в них плескался багровый свет порчи.

Я остановился. Огонь, который всё ещё был рядом со мной, оказался единственным оружием.

Вот только силы были на исходе. В ушах звенело всё сильнее, а по верхней губе потекло что-то тёплое.

Пойдёт ли великан в атаку?!

Я смотрел ему в глаза, вступая в зрительную дуэль. Готовый ко всему. Даже к тому, что придётся бегать от него где-то здесь, без особых шансов на выживание. Ядро-то использовать уже не получится…

Но гигант развернулся. То, что он искал в горе, было для него важнее, чем я. Он двинулся вперёд, в раскол горы.

Его Халы разлетелись по сторонам, жадно хватая осколки духовной Яры. Больше он в них не нуждался. А вот они, один за другим стали оборачиваться на меня.

Паршиво.

Яры на ещё одну такую схватку не хватит.

Уйти — не успею. Халы быстрее.

Коснулся пальцем верхней губы.

Кровь.

Да и тело не выдержит.

— Горыныч, ты там как, жив?

— Я есть, — вяло отозвался он в голове.

— Жив, — кивнул я. — Это хорошо, значит поборемся. Поборемся! — я стиснул зубы.

Этот раунд за великаном, но вовсе не значит, что у нас совсем никаких возможностей не осталось!

Я ОТКАЗЫВАЮСЬ ЭТО ПРИНЯТЬ!