— Варадар, подожди, — Весна поспешила за мной. — Не спеши к старосте, утром с ним поговорим! — сказала она уже на улице. — Ты ведь весь… — она с трудом подбирала слова и потянулась руками к моей опухшей правой кисти. — Тебе помощь нужна.

— Можешь срастить кости? — я плавно убрал руку и поморщился, когда её прострелило новой порцией боли.

Весна приоткрыла рот, будто хотела сказать что-то, но в итоге лишь покачала головой.

— Тогда не будем тратить время. И, заодно, втягивать добрых людей, — я кивнул головой на избушку, — в чужие дела.

— Да погоди, Варадар, — она облизнула обветренные губы. — Я не могу лечить, я не шаманка. Но у дедушки был камень, который помогает при переломах! Он его использовал очень редко, но я узнаю его, если увижу.

Так, а вот это уже хорошая новость.

Вот только какое-то уж слишком неуверенное лицо было у Весны в этот момент.

— Но… ? — спросил я.

— В последние два года дедушка почти не использовал свои силы. Никто не знает почему. Но он почти перестал лечить, его обереги стали слабее, он… больше не искал ничего с помощью духов. А, когда на нас напали проклятые выродки Асура, он не отбился.

— Значит, Бранимир правду сказал? Про то, что духи отвернулись от деревни.

— Не знаю… никто не знает правды, — она замотала головой. — Но то, что дедушка стал слабее — это действительно так. Было.

Мне вспомнилась фраза, сказанная Голосом Святилища:

«Прежний Видящий нарушил закон мира духов и живых, потому остался один против своих врагов…»

— Что он сделал? — спросил я у Весны в лоб.

— Ничего! — вспыхнула она. — Всё началось, когда он приютил тебя, пойдя против мнения старосты и остальных жителей!

Я хмыкнул.

Про меня Голос ничего не говорил. Но значит ли это, что Варадар не был причиной ослабления шамана? Нет.

— Разберёмся, — сказал я.

И тут Весна аккуратно, но быстро вцепилась в рукав моей левой руки.

— Ты правда говорил с духами?! Ты правда нашёл Святилище, в котором они живут?!

— Да, у озера.

— Нет, не у озера, — поспорила она. — Точнее… оно никогда не бывает в одном месте. Чтобы попасть туда, нужно, чтобы духи захотели этого. Иначе — никогда не найдёшь! А ты — нашёл!

— Тогда, скорее это Святилище нашло меня.

— Ну… да, так получается. И… духи правда посвятили тебя? — она осторожно сжала ткань моего тулупа. — Просто скажи: да или нет? Больше ничего не прошу, только это.

— Да.

На её лице появилась короткая, но печальная улыбка.

— Вот как…, а я знала. Как только увидела, что ты к нам возвращаешься. Знала, что духи тебя выбрали и помогли выжить, иначе бы не убежал от великана и нас не нашёл. Ну и… хорошо тогда.

Я вздохнул.

Она хотела быть вместо меня. И это можно понять, быть шаманом — это их семейная традиция, как-никак.

Можно было прямо сейчас объявить ей, что место «местного» шамана очень актуально. Но не время. Скажу, но позже. А сейчас важнее было другое.

Куда идти? Либо к старосте, чтобы сразу расставить точки над I; либо найти камень шамана, который помог бы мне восстановить кости… возможно.

Если пойти к старосте сейчас, без каких-то внятных доказательств своего шаманизма, да ещё и со сломанной рукой… то окажусь я в более слабой позиции.

С другой стороны, если и говорить с ними — то сейчас, пока сам староста и Бранимир не имеют никакого представления обо мне. Я для них как чёрт из табакерки. Неизвестная переменная, которая могла полностью изменить ход жизни деревни.

Об этом, как минимум, говорил практически «побег» Бранимира из дома лесоруба. Было очевидно, что шамана он остерегается. Правда, было там ещё и что-то личное… может, он тоже хотел шаманом быть?

Вот в моём мире многие люди от этого скорее бежали, пока некоторых из них не ломала «шаманская болезнь» — состояние, когда духи требовали от человека стать шаманом. Что, впрочем, официальной медициной трактовалось как психическое расстройство, а само существование духов отрицалось.

А вот здесь всё обстояло ровно наоборот. Шаман — это желанное дело. А поддержка духов — мощный аргумент даже для таких отморозков, как Бранимир.

И раз она была у меня, значит я всё-таки имел здесь вес. И должен это использовать!

Решено — идём к старосте сейчас!

— Весна, я буду говорить с главой вашей деревни. Где он живёт?

Она хотела было поспорить, по глазам видел. Но правильно расценив в моих глазах неотвратимость моего решения, указала наверх — на вершину холма, в самый центр деревни.

— Там, — сказал она. — Я с тобой пойду.

Я кивнул и мы направились к дому старосты.

Идти по протоптанной тропинке было почти удовольствием, после глубокого лесного снега. Мы поднимались по склону. А я озирался по сторонам, заново привыкая к тому, что оказался в месте, где живут люди.

Да, пусть в какой-то глуши. Но сейчас, после почти двух дней в лесу, общению с духами и побегу от великана, даже эта деревня казалась мне центром цивилизации.

Но что с ней произойдёт, когда сюда придёт великан? Частокол его не остановит. Значит, останавливать его придётся людям.