Ну а что?! Она же сама попросила меня показать, что умею! А смысл показывать то, на что способны все? Нужно показывать что-то своё! Вот в голову и пришло, как в начальной школе, посмотрев какую-то передачу по телику, увидел эти движения, попробовал, и у меня сразу получилось, а потом показал это одноклассникам в школе, и оказалось, что только я на это был без проблем способен!

Однако вместо похвалы они молча перекинулись взглядами и…

— Вот! Он же идиот! Кретин! Так ещё и извращенец-девственник, которого одним прикосновением груди можно заставить пойти рисковать жизнью! И как такой, как он, может быть вернувшимся Императором из легенд?! Это просто невозможно!

— Но это так! Вы хе и сами навехняка чуфстфуете в нём ту ману, что раньше хранилась под землёй! И рах вы появивись здесь, знахит, и его сила хастично проявилась, и вы пеувая из спухниц! Уверен, если подохдать немного, наверняка и захлючённый мехду вами пакт себя проявить!

— Да в самой легенде говориться, что спутницы откликаются на призыв в поисках счастья, но меня это никак не касается! Я поднялась с самих низов! Преодолела на пути все преграды! Поступила в лучшую магическую академию и вскоре выпустилась из неё в числе лучших учеников! И если бы не этот долбанный призыв — сейчас бы была на приёме у короля как почётный гость!

— Так, мохет, при этом вы были нехчастны?

— Ага, конечно! Зато я сейчас пиздец как рада шастать на краю света среди магических тварей и всяких сошедших с ума деревенщин! Ой всё, на хер вас всех! — обойдя меня, вышла из-за стола и, рукой резко открыв дверь, покинула дом.

Быстро оценив ситуацию, выбирая между дедом-маразматиком и сексапильной сукой, я, не долго думая, встал и последовал за ней.

— Стойте, вы же не смохете, покин!.. — что-то кричал вслед старик.

— Не иди за мной! — прокричала спереди магичка.

— А что мне ещё остаётся?!

— Оставайся здесь! Тебя вон уже записали в вернувшегося Императора! Будешь что-то говорить — они будут делать! Замечательная же жизнь!

Может быть. А может — и нет. Знаю я несколько историй, в которых таких вот важных персон потом приносят в жертвоприношение. Ну или забивают ещё с какой-нибудь якобы великой целью. И что-то мне не хочется проверять своё везение ещё раз. Поэтому я продолжал молча следовать за ней. Пускай она и сука, но хотя бы адекватная и, вроде как, не злобная — вряд ли бросит, если буду подыхать. По крайней мере, я на это очень надеюсь…

Вот, как-то так закончилось наше первое знакомство со старостой, деревней и местными, после которой мы долго шли. Нет, не так. Мы очень долго шли — за это время аж успела ночь наступить.

И что я, что она — не то чтобы имеем выдающиеся физические навыки. Ладно, говоря откровенно — мы оба редкостные задохлики. Так что, по ощущениям пройдя километров десять, уже во всю изливались потом, наши ноги дрожали, и мы едва плелись вперёд, готовые в любую секунду свалиться.

Правда, магичку хотя бы кое-что морально поддерживало…

— Видишь!.. — гордо подняла она указательный палец, прогоняя одну и ту же тему уже, кажется, в десятый раз. — Он бредил!.. Не действует на нас никакое проклятие!.. Так что никакая я не первая спутница!.. И ты — никакой не Император!..

Отвечать ей сил не было. Хотелось просто свалиться прямо на землю и заснуть. Или хотя бы присесть и отдохнуть…

— Слушай, давай присядем?.. Спешить всё равно уже неку…

Не успел я договорить, как она, идя в метрах пяти впереди меня, резко грохнулась на землю, более не двигаясь и не издавая звуков.

— Эй!.. Ты чего?!

Нагнав её, присел на колени. Тело едва отзывается, но кое-как я всё-таки смог уложить её на спину.

Взволновавшись, попытался наспех определить по запястью, есть ли у неё пульс. Поначалу ничего не вышло, но попробовав на себе и поняв, где нужно щупать, проверил ещё раз и всё-таки в этот раз нашёл его — и… он у неё был. Я расслабленно выдохнул. И только в этот момент облегчения осознал, что это было напрасно, ведь её грудь, если приглядеться, продолжает вздымается при каждом вдохе — значит, с ней точно всё в пределах нормы.

Только вот…

Не успел я заметить, как у самого голова резко закружилась очень сильно, взгляд помутнел, а тело вообще перестало откликаться…

Не в силах ничего поделать, я, потеряв равновесие, упал лицом вперёд, приземлившись им на нечто мягкое и упругое. А перед глазами… торчащий из-под платья сосок.

Если уж я здесь умру…

Если уж такая судьба мне суждена…

То я обязан…

Просто обязан!..

Хотя бы косну!..

Глава 3

На следующее утро я проснулся… с улыбкой на лице.

Кажется, в ту ночь мне снился прекрасный сон: помню, в нём я лежал на самой тёплой и мягкой подушке в своей жизни; а в левой руке ещё сжимал ещё одну такую же, без конца наслаждаясь её умопомрачительной упругостью и нежностью, словно меня касается сама Божественная длань.

И не знаю почему, но… судя по возникшему стояку — эти подушки меня нехило так возбуждали.