Она не сказала ни слова. Просто подалась вперёд. Её руки, всё ещё немного дрожащие, судорожно вцепились в мои бёдра. Она прижалась лицом к моему животу, глубоко вдыхая мой запах. А потом её горячие губы коснулись головки.

Это было жадное и очень влажное начало. Вика вложила в этот минет всю свою злость на бывшего и всё напряжение этого вечера. Она заглатывала меня глубоко, до самых гланд. Иногда она давилась, всхлипывала — то ли от остатков слёз, то ли от того, насколько я был для неё велик. Слюна текла по её подбородку, смешиваясь с размазанной тушью, но ей было абсолютно плевать. Она сейчас была в экстазе.

Я зарылся пальцами в её светлые волосы, слегка оттягивая их назад. Я направлял её, задавал темп, который мне был нужен. Она работала языком неистово, стараясь облизать каждый миллиметр.

— М-м-м… — промычала она, на секунду оторвавшись и глядя на меня снизу вверх безумными глазами. — Серёжа… какой он огромный… Не то что у Пашки… Господи, какой ты твёрдый…

Она не дала мне вставить и слова, тут же снова обхватив член губами. Я чувствовал её горячий язык, чувствовал, как она буквально всасывает меня в себя. Она пыталась вытравить вкус своего дешёвого праздника вкусом моей страсти. Это было лучшее «лечение», которое я когда-либо проводил.

В пустом баре под красным неоном было слышно только её причмокивания и моё тяжёлое дыхание. Именинница наконец-то начала получать те подарки, которых заслуживала на самом деле. Я чувствовал, как внутри меня закипает огонь. Это была только прелюдия. Впереди была вся ночь, запертый бар и девушка, которая была готова на всё, лишь бы забыть своё имя.

— Хорошая девочка, — прошептал я, чувствуя, как она старается ещё сильнее. — Соси, Вика. Сегодня я исполню все твои желания.

Я знал, что эта ночь будет долгой. И Паша здесь точно был лишним. В моём баре всегда действовало одно правило: клиент должен уйти довольным. А Вика сегодня была особенным клиентом. Я потянул её за волосы сильнее, заставляя подняться на колени. Игра только начиналась, и я не собирался её заканчивать так быстро. На столе ещё стоял недопитый «Космополитен», но он нам уже не понадобится. У нас были дела поинтереснее.

Человек-мем​ - История 13. «Испорченный праздник: Спецобслуживание после закрытия» - Глава 2. Дисциплина на стойке и смена позиций

Вика всё ещё стояла на коленях, тяжело дышала, а её губы, измазанные помадой и моими соками, выглядели очень вызывающе. Пол в баре — это, конечно, классика, но не самое удобное место, чтобы заканчивать такой вечер. Я обхватил её под мышки и рывком поднял на ноги. Она была податливой, как мягкий пластилин, и едва держалась, вцепившись пальцами в мои плечи.

Я довёл её до ближайшего столика. Одним уверенным движением я усадил девушку на лакированную поверхность. Вика вскрикнула, когда голая кожа коснулась прохладного дерева, но тут же сама широко раздвинула ноги. Рваные чёрные колготки на её бёдрах смотрелись сейчас лучше любого дорогого белья. Красный свет падал на её бледную кожу, рисуя очень соблазнительные тени.

— Ты вела себя сегодня очень плохо, Вика, — сказал я, нависая над ней и глядя прямо в огромные зрачки. — Рыдала на полу, портила мне всю атмосферу в баре, икала… За такое поведение полагается особое обслуживание. Штрафное.

Я замахнулся и отвесил ей лёгкую, почти игривую пощёчину. Хлёсткий звук разнёсся по пустому залу. Её голова дёрнулась, а на щеке сразу проступил розовый след. Но вместо обиды в её глазах вспыхнул такой пожар, что я понял — она сейчас сама меня съест. Вся эта жалость к себе и слёзы из-за бывшего испарились, уступив место чистой похоти.

— Да… — выдохнула она, выгибая спину так, что её грудь почти коснулась моей расстёгнутой рубашки. — Наказывай меня, Серёжа! Слышишь? Я хочу чувствовать только тебя, а не эту дурацкую боль внутри! Выбей из моей головы все мысли о Паше!

Мои пальцы скользнули к ней между ножек, и только тогда я понял, что под платьем ничего нет. Даже колготки и те были разорваны именно в том месте, что мне и требовалось.

И когда только успела?

— С удовольствием, именинница, — ухмыльнулся я. — Сейчас мы проведём полную дезинфекцию твоих чувств.

Я не стал тратить время на долгие прелюдии. Она и так была разогрета моими прикосновениями и своим отчаянием до нужной температуры. Я притянул её к самому краю стола, крепко обхватил за бёдра и вошёл в неё одним мощным движением.

Вика издала такой громкий стон, что его, наверное, услышали даже на другой стороне улицы. Она запрокинула голову, подставляя мне шею, а её пальцы так сильно впились в край стола, что костяшки побелели. Я чувствовал, как она буквально поглощает меня. Её узкое и горячее нутро пульсировало от каждого моего толчка.

Секс был жёстким и быстрым. Именно таким, какой был нужен нам обоим, чтобы забыть обо всём на свете. Я вбивался в неё на всю глубину, и каждый мой выпад сопровождался громким шлепком кожи о кожу. Стол ритмично скрипел под нашим общим весом, а пустые бокалы на соседних стойках мелко звенели в такт нашим движениям.