— Ну, Бутчер так не работает. Идея хорошая, поэтому я и позволяю Доджу этим заняться, но чаще всего он использует… другие способы убеждать людей. Ты будешь это есть? — спрашиваю я Кейна, и он закатывает глаза и придвигает ко мне свою почти нетронутую курицу. Не знаю, какую магию или деньги они пихают в эту хрень, но мне придётся похитить их повара, чтобы есть это всё время.

— Что ты имеешь в виду? — спрашивает Кейн, отвлекая меня от планов по похищению.

Мы могли бы оставить повара. У нас есть свободная комната.

Вздохнув, я откидываюсь на спинку стула.

— Страх, боль, любовь… вот триада Бутчера. Если он хочет склонить кого-то на свою сторону, а я предполагаю, что большинство ваших солдат преданы, он использует что-то из этого, вот это я и ищу. Людей с пропавшими членами семьи. Людей, которые ведут себя не так, как обычно. Людей, которые напуганы, потому что это его стиль. Зачем тратить деньги, если страх срабатывает быстрее? Я позволю Доджу продолжать искать на всякий случай, но я тоже пойду другим путём.

— Господи, — шепчет Зейн.

— Не-а, просто Карма, — поддразниваю я, доедая тарелку Кейна. — А теперь, если вы меня извините, у меня карточная игра с вашими солдатами. Что может быть лучше, чтобы узнать их секреты, чем забрать у них все деньги?

— Ты уверена, что дело не просто в их деньгах? — тянет Нео.

— Два зайца одним выстрелом и целая куча счетов. Так ведь говорят? Или убить птицу или ещё какая-то хрень. В любом случае мама сегодня ночью разбогатеет, — я потираю руки.

Показав им знак мира, я направляюсь обратно к лифту и спускаюсь на нижний этаж, где находятся жилые помещения их солдат.

Пора украсть немного денег и секретов.

Я оставляю братьев разбираться дальше и спускаюсь по лестнице на первый подуровень, занимая место в барной зоне, откуда видно игровую комнату внизу. Большинство комнат охраны находится на этом этаже, так что общую зону сделали игровой. Там есть виртуальный гольф, дартс, бильярд, боулинг и казиношные столы. Именно там я и нахожу её: она сидит за игрой на крупные ставки, рядом пиво, изо рта торчит сигарета, а она изучает свои карты.

Она прошла путь от того, чтобы бесить нас, до того, чтобы влиться в компанию наших охранников. Странно, но она, кажется, одинаково легко вписывается и туда, и туда. Ни за что на свете персонал не был бы таким расслабленным, если бы мы были там внизу. Они были бы настороже, отказывались бы пить или веселиться, но рядом с ней им, кажется, плевать, а это именно то, чего она хочет.

Они смеются и шутят вокруг неё. Я не слышу, что они говорят, но она улыбается, кладёт карту и берёт другую.

— Сэр, вам ещё налить? — я поднимаю голову и вижу одного из охранников, который сидел в баре, когда я пришёл.

Место небольшое, но забито всем, что им может понадобиться. Пока они не пьют на работе, нам всё равно. Мы даём им самое лучшее: деньги, машины и хороший образ жизни. Поэтому они так преданы, и мысль о том, что кто-то из них нас предал, горчит у меня в желудке. Я вглядываюсь в его плоские карие глаза, гадая, не он ли это. Руки у него слегка дрожат, когда он поднимает бутылку бурбона, показывая мне. Он хороший, не такой дорогой, как тот, что обычно пью я, но сойдёт.

— Сэр? — нервно спрашивает он, бросая обеспокоенный взгляд на своих товарищей в дальнем угловом кабинете. Свет здесь приглушён, красно-золотые акценты выдержаны со вкусом и напоминают подпольный бар, к чему они и стремились.

— Конечно, спасибо, — бормочу я, стряхивая оцепенение. Не то чтобы они меня отравят. Единственный человек, который, вероятно, мог бы, сидит внизу за тем столом, и она сделала бы это ради удовольствия. — Но вам не нужно меня обслуживать. Я врываюсь в ваш отдых, так что, пожалуйста, наслаждайтесь.

— Никаких проблем, — говорит он, доливая мне. — Вы здесь, чтобы присматривать за Кармой?

— Вы её знаете? — спрашиваю я, делая глоток и улыбаясь настолько, насколько могу, чтобы он расслабился. Упоминание её имени будоражит моё любопытство.

— Я сегодня с ней познакомился. Она классная. Некоторые из остальных знают её репутацию, а другие даже знают её… ну, настолько, насколько она им позволяет, — признаётся он и бросает взгляд на мраморный столик передо мной. Я наклоняю голову, приглашая его по очевидному вопросу. Он осторожно садится на бордовое бархатное сиденье и смотрит на неё через окно так же, как и я. — Я слышал, что во всём этом мире ей небезразличны только два человека, и они вне игры. Кто-то однажды попытался причинить им вред, и она убила всю их семью, откатив на два поколения назад. С ней лучше не связываться.

— Знаю, — говорю я, наблюдая за ней. — Пригляди за ней для меня, ладно? Если она сделает что-то, что тебя обеспокоит, доложи мне.

— Не Кейну, сэр? — спрашивает он, и при этом глаза у него искрятся интересом.

Я понял это пару лет назад. Охранники сплетничают больше, чем мой отец.

Я смотрю на него, и он вскакивает на ноги, склоняя голову.

— Я не хотел проявить неуважение, сэр.