– Простите, сэр, – произнес офицер с видом искреннего сожаления. – Я предпочел бы не говорить об этом здесь.

Бишоп оглянулся на троих своих партнеров. Подойдя ближе к сержанту Брэнсону и понизив голос в надежде, что его не услышат, он пояснил:

– Сейчас и правда не самое подходящее время – у нас турнир по гольфу. Можно подождать, пока я закончу играть?

– Простите, сэр, – настойчиво возразил Брэнсон, – но это очень важно.

Секретарь клуба бросил на него короткий непроницаемый взгляд, а затем опустил глаза: казалось, он нашел что-то чрезвычайно интересное в густой траве, на которой стоял.

– Да в чем дело? – недоумевал Бишоп.

– Это касается вашей жены, сэр. Боюсь, у нас для вас не очень хорошие новости. Мы будем вам очень признательны, если вы пройдете вместе с нами в здание клуба.

– А при чем тут моя жена?

Сержант указал на здание клуба:

– Нам действительно нужно поговорить наедине, сэр.

8

Софи Харрингтон мысленно подсчитывала трупы. Семь на этой странице. Она пролистала распечатку сценария назад. Одиннадцать – четыре страницы назад. Так, добавим к ним четыре жертвы взрыва машины на первой странице, троих расстрелянных очередью из автомата на девятой, шестерых разбившихся в частном самолете на девятнадцатой и плюс еще пятьдесят два трупа в сожженном зажигательными бомбами наркопритоне в Уиллесдене на двадцать восьмой… Ну и теперь еще семь убитых наркокурьеров на захваченной яхте в Карибском море. Всего получается восемьдесят три, а ведь она дошла еще только до сорок первой страницы из ста тридцати шести.

«Вот отстой!»

Тем не менее, если верить продюсеру, который отправил им сценарий по электронной почте два дня назад, уже ведутся переговоры с Энтони Хопкинсом, Мэттом Деймоном и Лорой Линни. Кира Найтли читала сценарий, а режиссер Саймон Уэст, тот самый, который снял очень неплохой боевик про Лару Крофт и действительно впечатлившую ее «Воздушную тюрьму», предположительно рвался снимать этот фильм.

«Да ладно заливать-то!»

Поезд въезжал на станцию метро. Напротив Софи сидел обкурившийся растаман, с дредами и в наушниках, он стучал по торчащим из рваных джинсов коленям и мотал головой в такт. Рядом с ним, раскрыв рот, спал старик с редкими волосами. Его соседка, хорошенькая молодая азиатка, внимательно читала журнал.

На другом конце вагона, под болтающимся поручнем и рекламой агентства занятости, сидел какой-то придурок в спортивном костюме, толстовке и темных очках, длинноволосый и с бородой. Он уткнулся в одну из тех бесплатных газет, которые раздают на входе в метро в час пик, и периодически покусывал тыльную сторону кисти своей руки.

Некоторое время назад у Софи вошло в привычку внимательно разглядывать всех пассажиров на предмет того, не могут ли они быть террористами-смертниками. Это стало еще одним из навыков, необходимых для выживания, вроде того, как посмотреть в обе стороны, прежде чем переходить дорогу: такие вещи ты делаешь автоматически, они становятся рутиной. Но сейчас заведенный порядок был немного нарушен.

Софи опаздывала, потому что должна была кое-что сделать, прежде чем отправиться в город. Уже половина одиннадцатого, и по идее ей следовало быть в офисе еще час назад. Она увидела, как мимо проплыла надпись «Грин-парк»; размытые очертания рекламы на стенах превращались в четкие изображения и текст. Двери зашипели, открываясь. Девушка вернулась к сценарию, второму из двух, которые она намеревалась закончить читать прошлой ночью, прежде чем ей помешали – ха, но как помешали! Господи, сама мысль об этом опасно возбуждала!

Софи перелистывала страницы, но сосредоточиться в этом душном вагоне было непросто. До станции «Пикадилли», где ей выходить, ехать осталось всего несколько минут. А когда она придет в офис, нужно будет написать отзыв на сценарий.

До сих пор сюжет развивался следующим образом… Папаша-мультимиллиардер, отчаявшийся после того, как его единственная двадцатилетняя дочь – умница и красавица – умерла от передозировки героина, нанимает отставного офицера, который теперь промышляет наемными убийствами. Киллеру предоставляется неограниченный бюджет, чтобы выследить и убить каждого человека в цепочке, начиная с того, кто посадил семена мака, и заканчивая дилером, который продал смертельную дозу наркоты дочери миллиардера.

Краткая аннотация: «„Жажда смерти“ и „Трафик“ в одном флаконе».