Мы все четверо целителей, измотанные, вернулись в ординаторскую, где нас ожидал больничный завтрак из творожной запеканки и чая. Запеканка была так себе, но вполне съедобно, учитывая разыгравшийся от работы аппетит.

Тут же главное, чтобы не вкусно было, а сытно и восстанавливало силы. Впрочем, медитация в этом плане все равно лучше, благо близость к аномалии давала много энергии, разлитой в пространстве.

– Характер ран изменился, – произнёс Олег Валерьевич, пока все жевали. – Даже при небольших ранах довольно сильное поражение тканей. А у тех, кто получил раны почти на выходе, всё как раньше.

– Да, я тоже заметил, – пробубнил с набитым ртом Василий Анатольевич, которому запеканка заходила лучше всех. – Практически каждая царапина быстро превращается в ведьмину гангрену, а то и хуже.

– Так скоро к нам уже со сложными мутациями начнут привозить, – недовольно буркнул Олег Валерьевич и тяжко вздохнул. – Не нравится мне всё это. Нас на такие случаи точно будет недостаточно.

– Будет из этого что-то нехорошее, – добавил Василий Анатольевич.

– Не будет, если выяснить причины и предпринять правильные меры, – сказал молчавший до этого Анатолий Фёдорович. – Наш студент – свой человек, думаю, его уже можно посвятить в суть дела, да, Вань?

Я отложил вилку и выпрямился, обводя всех взглядом. Все пристально смотрели сейчас на меня, даже стало как-то неловко, но согревали слова, что я свой и заслужил доверие. Только вот что мне собрались доверить? Даже почти всемогущий нейроинтерфейс моего рода не мог дать ответ на этот вопрос – у меня было слишком мало информации о текущей ситуации.

– Мы участвуем в исследованиях Аномалии, Вань, – произнёс с серьёзным видом Анатолий Фёдорович, немного склонился ко мне и посмотрел в глаза. – Так как мы постоянно практически на передовой, учёные из Новосибирского университета дали нам задание по изучению особенностей раневого процесса и поражения негативной энергией у пострадавших от Аномалии. Основываясь на этом, они разрабатывают методы защиты и противодействия.

– Тогда почему они не предлагают какие-либо меры защиты? – поинтересовался я. – Каждый защищается, как может, на опыте ветеранов.

– Да потому что они их только разрабатывают, – всё так же серьёзно сказал Герасимов и я понял, что он не шутит. – Я слышал, что ты ходил в Аномалию?

– Откуда вы знаете? – насторожился я.

– Это небольшой городок, Вань, – улыбнулся он. – Здесь практически всё друг о друге всё знают. – Он откинулся на спинку стула. – Сорока на хвосте донесла, какая разница? Так вот, у меня будет к тебе просьба. Только это всё пока что держится в секрете, смотри никому не проболтайся.

– Так вы же говорите, что здесь секреты невозможны и все всё знают, – усмехнулся я.

– И тем не менее, – сказал Герасимов и снова склонился ко мне, начав говорить тише. – Когда придёт пора, тогда все узнают, а пока что мы действуем тихо, нас так попросили, а у меня нет повода нарушить обещание.

– Я вас понял, – кивнул я. – Так в чём суть вашего задания?

– Пока что мы изучаем только пострадавших, но нам нужны образцы почвы, воды, растений и живности из Аномалии. Я дам тебе несколько контейнеров для сбора материала, когда в следующий раз пойдёшь в Аномалию, постарайся взять образцы. А мы их уже передадим нужным людям, чтобы исследования шли быстрее.

Анатолий Фёдорович поднялся со стула, подошёл к шкафу и вывалил на стол передо мной те самые контейнеры.

– Так это же баночки для анализов, – усмехнулся я.

– И что тебя не устраивает? – возмутился Герасимов. – Этого объёма для образцов вполне достаточно.

– Если туда только когти Синего Саблезуба постричь, – снова усмехнулся я.

– Можно подумать, что ты видел там Синего Саблезуба, – недовольно буркнул Анатолий Фёдорович. – Если бы ты со своим третьим кругом его там увидел, мы бы с тобой уже не разговаривали.

– Я встретился с ним в поезде, когда ехал сюда, – сказал я. – И у меня ещё был второй круг на тот момент.

– Значит, тебе очень повезло, что его вовремя убили солдаты, – сказал Герасимов, снова опускаясь на свой стул.

Я не стал говорить, что я сам его убил, один на один. Тут пока никто не знает, что, в действительности, я боевой маг. По крайней мере, таковым меня видят отец и дед. Вместо ответа я лишь пожал плечами.

– Для исследования нужен небольшой фрагмент плоти, – пояснил Герасимов. – Можешь лапу Туманному ежу отрезать или ещё что-нибудь в этом духе. Главное, чтобы это свежее было, сразу всё неси сюда, а мы уже тут будем рассматривать под микроскопом и предоставим отчёт в университет. Законсервированные материалы будем отправлять туда раз в неделю.

– Хорошо, – сказал я, убирая баночки в свой рюкзак. – Задание понял.

– Ну, слава богу! – выдохнул Анатолий Фёдорович. – Что там у тебя с четвёртым кругом? Скоро?