Когда ребёнок рождается, у него нет ни сознания, ни памяти. Его выталкивают из тесной темноты, и он вынуждено рождается наружу.[4]

Но Кашивада был в состоянии ясного сознания, когда сам переживал процесс рождения. Это был уникальный опыт, который обязательно должен иметь особый смысл.

Тёмное течение Куросио, несущееся к острову Идзуосима с запада, ударяло наискосок, и на море начали образовываться мягкие водовороты. Его тело опускалось и поднималось вместе с накатывающимися волнами — как будто первое купание новорождённого.

Кашивада сделал глоток морской волны и, ощутив солёный вкус, выплюнул её в воздух. Туманная вода сияла в лучах восходящего солнца, как драгоценные камни. Кашивада, подобно морской выдре, выгнув спину и свободно вытянув конечности, позволял телу всплывать на поверхность. Он мог свободно двигаться. Каждое движение давало ощущение сопротивления воды, и он ощущал, что жив.

Неизвестно, сколько раз он повторял это действие, но лишь когда Кашивада удовлетворённо схватился за скалу и начал двигаться на сторону пляжа, он смог вернуться на сушу.

[1] Гэта (яп. 下駄) — японские деревянные сандалии в форме скамеечки, одинаковые для обеих ног (сверху имеют вид прямоугольников со скруглёнными вершинами и, возможно, немного выпуклыми сторонами). Придерживаются на ногах ремешками, проходящими между большим и вторым пальцами. Обычно их носят во время отдыха или в ненастную погоду. Разновидность обуви на платформе.

[2] Шэнь-нун (кит. упр. 神农, пиньинь Shénnóng, божественный земледелец) — в китайской мифологии один из важнейших культурных героев, покровитель земледелия и медицины, один из Трёх Великих. Его называют также Яньди. (кит. 炎帝, «огненный император») и Яован (кит. упр. 药王, пиньинь Yàowáng) — «царь лекарств». Шэнь-нуну приписывают создание календаря природы (сельскохозяйственного календаря) и классического фармологического сочинения о травах и лекарственных препаратах Шэньнун бэньцаоцзин (кит. упр. 神农本草经, пиньинь Shénnóng běncǎojīng, «Канон Шэнь-нуна о корнях и травах»).

[3] Упаниша́да — древнеиндийские трактаты религиозно-философского характера. Являются дополнением Вед и относятся к священным писаниям индуизма категории шрути. В них в основном обсуждается философия, медитация и природа Бога.

[4] Как младенец выходит из материнского чрева в новую жизнь, так и Кашивада вышел из пещеры, оставив позади себя старую жизнь.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ: ПЕЩЕРА ОТШЕЛЬНИКА Глава 4

Кашивада оглядывался на порт Хабу[1], пока ехал по главной кольцевой дороге острова Идзуосима. После ещё одного правого поворота на перекрёстке название «Деревня Сакикидзи» начало всё чаще появляться на дорожных знаках и столбах электропередач.

Порт слева должен, по идее, быть рыболовецким портом деревушки Сакикидзи. Кашивада остановил машину в подходящем месте, вышел из неё и перешел дорогу, направляясь к горе.

Неподалеку он увидел гостевой дом, где должен был остановиться. Это был довольно крупный двухэтажный деревянный дом, стоявший на большом земельном участке. Над деревянными воротами висела большая вывеска «Гостевой дом Ямамура». За воротами располагалась широкая парковка.

Кашивада посмотрел на часы. Не так давно миновало два часа дня. Возможно, сейчас ещё рано проходить регистрацию на заселение. Как раз в тот момент, когда он заколебался, за его спиной раздался голос:

— Вам что-нибудь нужно?..

Обернувшись, Кашивада увидел пожилого человека. Видимо, тот пришёл из соседнего огорода, располагающегося рядом с обочиной. Похоже, он только что прервал работу, так как до сих пор держал в левой руке за ботву охапку моркови.

Согласно книге «Мир Кольца», у Сидзуко был двоюродный брат по имени Такаши. Судя по возрасту, этот пожилой человек мог быть старше семидесяти лет — возраст подходящий.

Обращаясь к мужчине, который, возможно, и был Такаши Ямамура, Кашивада спросил:

— Я хотел бы остановиться здесь на ночь. Есть ли свободные номера?

Старик улыбнулся во весь рот: «Ах, вы хотите остаться?». Он тихонько пробормотал себе под нос, прошел через ворота, сунул голову в дверь и крикнул:

— Эй! Пришли гости!

Затем он повернулся к Кашиваде, сложив руки на груди, и спросил:

— Вы приехали сюда порыбачить?

В этот сезон большинство мужчин, приезжающих сюда, в основном ехали на рыбалку. Не мог же он просто так сказать, что он здесь для того, чтобы разгадать тайну пещеры Эн-но Гёдзя. Кашивада уклончиво улыбнулся и ответил:

— Я припарковался вон там. Могу ли я поставить машину здесь?

Он попытался сменить тему.

— Заходите, заходите, пожалуйста. Да, это место оборудовано специально под парковку.

Судя по его интонации, вопрос по поводу размещения в гостинице на эту ночь был решён. Кашивада перепарковал машину на стоянке и вернулся в гостевой дом Ямамура.

Пожилой мужчина проводил Кашиваду в фойе.