Я вздрогнула от голоса, прозвучавшего у меня за спиной. Этот вопрос задал не кто иной, как мой новый напарник.

— Меня еще не публиковали, — уверенно заявила я. — Я учусь на журфаке в ТУ.

— Ты студентка?

— Заткнись, Джон-Джон, — рявкнул Нейт из-за двери. Я прикусила губу, скрывая улыбку.

— Серьезно? — в голосе Джей-Джея сквозило чистейшее презрение. — Никогда нигде не работала?

— Нет.

Он опустил голову.

— Стажировалась?

— Нет, — вздохнула я.

Он вскинул брови. На его карамельно-каштановых волосах было слишком много геля, а от него самого слишком резко пахло туалетной водой. Его брюки- хаки выглядели отглаженными. Я решила последовать совету Нейта.

— Давай сходим на концерт сегодня вечером, — предложила я. — Начнем с этого.

Он с сомнением оглядел меня, затем кивнул.

— Ладно. Но я пишу про кино.

— Джон-Джон, будь повежливее, — пригрозил Нейт из-за двери.

Джон-Джон закатил глаза, а я оттащила его от кабинета, повторив свое предложение.

— Сегодня вечером. Выбери место. Дай свой номер.

Я записала его в телефон и отправила сообщение.

— Напишешь, где и во сколько.

Джей-Джей снова оценивающе посмотрел на меня и улыбнулся, когда взгляд остановился на моих кедах.

— Напишу.

Половина редакции таращилась на меня так, будто мне нужна была смирительная рубашка, и меня это нисколько не смущало — я только что стала для них коллегой и угрозой. Я вскинула подбородок и уверенно прошла обратно к Сьерре.

Как я и предполагала, именно музыка сблизила меня с Джей-Джеем. Тем вечером он повел меня на концерт группы Score. Мы провели несколько часов за кофе, приходя в себя после выпитого пива и болтая без умолку.

И впервые с того момента, как мое сердце разбилось об асфальт, я почувствовала, что возможно всё еще будет хорошо.

Глава 27

Глава 27

Wonderwall

Oasis

Месяц спустя

Говорят, интуиция — это шестое чувство, подарок души. И хотя я согласна с этим, моя теория идет дальше. Разбитое сердце обостряет это чувство. Потому что ты инстинктивно ищешь осколки повсюду.

Но теории всегда требуют доказательств.

Тем сентябрьским вечером, я пробивалась сквозь толпу в тысячи человек, под звучащую над нами Wonderwall Oasis, задыхаясь от пыли, что клубилась в воздухе. Пот стекал по спине, пока я продиралась сквозь море качающихся тел, с бесполезным пресс-бейджем на шее. Слишком много известных и влиятельных изданий освещали Austin City Limits, и даже у них был ограниченный доступ за кулисы. Но я получила билет за счет Speak, как и Джей-Джей, которого я потеряла в первые же часы. Еще до фестиваля мы распределили, кто какие выступления освещает. У нас был четкий план и двадцать восемь исполнителей, которых нужно было осветить за три дня фестиваля. Лекси и Бен приехали накануне, и мы здорово провели время, несмотря на адскую жару и ужасные условия.

Сегодня вечером я была одна, и, хотя музыка стоила того, чтобы дышать этой пылью, с жарой было уже не так просто. Бабье лето, твою мать! Это же Техас. Осень здесь длится неделю, прежде чем ударят морозы. Было очевидно, что жара не собирается отступать, пока я вглядывалась в потные лица толпы. Не говоря уже о том, что ураган «Рита»104 бушевал у побережья и швырял порывами ветра прямо на фестиваль, превращая его в песчаную бурю. Ко второму дню я уже просто боролась за то, чтобы досмотреть сет и не задохнуться. Я была измождена этой борьбой.

Более десяти тысяч человек кричали вокруг, пока я пробивалась сквозь бесстрастных фанатов, освещенных огнями сцены. Я была на грани паники и отчаянно искала хоть немного пространства.

— Прошу прощения, — пробормотала я, пробираясь сквозь толпу, которая теснила меня со всех сторон. Перегретая и выбитая из колеи, я пригнула голову и прорвалась дальше, проталкивая себе путь локтями.

До самого края людского месива оставалось всего пару шагов, когда меня будто что-то остановило — тонкий шепот, вспыхнувший где-то на границе сознания. Несмотря на зной, по позвоночнику скользнуло холодное, настороженное чувство.

Подними глаза, Стелла.

Я подняла.

И встретила взгляд Рида Крауна, который смотрел прямо на меня, всего в шаге от места, где стояла я. Электрический разряд пронзил меня с головы до пят, пока он смотрел на меня — на то, как я смотрю на него, а толпа вокруг двигалась будто в замедленной съемке. Мои шаги замедлились, на губах дрогнула слабая тень улыбки, но мгновенно исчезла, когда я поняла, что он стоит за какой-то девушкой. Она была мне незнакома, а его руки свободно лежали у нее на плечах. Она покачивалась перед ним под песню Лиама Галлахера105 о женщине, которая, возможно, сможет его спасти. Я зажмурилась, как делала уже сотни раз, уверенная, что это всего лишь галлюцинация от жары и усталости. Потом открыла глаза.

Он всё еще был там.