Если бы в группе был еще один оператор, шансы на спасение остались бы. Мустафа ведь предлагал отправиться с ними! Но Марк отказался, сослался на то, что они и без того лишились Иовина, кто-то должен защищать госпожу Гекату… Вполне приемлемая версия, если не учитывать, что госпожа Геката сама кого угодно защитит. Марку просто не хотелось подвергать других риску из-за собственных смутных догадок, а получилось в итоге вот как.

На проводников тут надежды нет, и даже не потому, что они не захотели бы помочь. Захотели бы – им же еще объясняться с делегацией Черного Города! Они просто ничего не могут, они, скорее всего, и вовсе уверены, что он мертв. Если так, они вот-вот уедут, надо бы поторопиться!

Он достал второй нож, и на этот раз пробить слой льда, намерзший на стены, оказалось чуть легче. Марк заставил себя сосредоточиться на простейших действиях, думать только о них – и не думать о том, что происходит с его телом. Ударить, найти опору, подтянуться. Повторить. Вода текла так быстро, а он продвигался так медленно, что чувство обреченности отказывалось отступать. Но он знал, что должен вернуться, и любые «невозможно» на этом фоне теряли значение.

Он все-таки справился. Вырвался из глотки подземелья, из хватки мороза – может, еще не окончательно, однако он добрался до льдин, образовавших некое подобие берега у самого дна провала.

И здесь неожиданно обнаружилось приятное открытие – надо же… Марк уже списал проводников со счетов, он не был готов к тому, что на льдине ему подадут руку.

– Я должен быть шокирован тем, что ты выкарабкался, но – нет, – усмехнулся Дагмар. – Я почему-то сразу понял, что тебя даже земля не сожрет.

На льдину спустился только он, остальные наблюдали сверху, у черты бесконечно далекого склона. Проводники, как оказалось, тоже времени даром не теряли, они установили на краю подъемник, соорудили сложную систему из ремней и канатов. Марку было все равно, как именно они это провернули, ему хотелось, чтобы все поскорее закончилось: теперь, когда он выбрался из воды и перестал двигаться, мороз атаковал его с новой силой.

К счастью, Дагмар понимал, в каком он состоянии, он ничего не ждал от Марка. Проводник сам застегнул на своем спутнике ремни, убедился, что все безопасно, подал оставшимся наверху людям знак, и они начали подъем.

– Ты будешь ждать своих? – с трудом произнес Марк: от холода челюсти сводило, голос едва звучал.

– Нет. Мои люди мертвы, – равнодушно ответил Дагмар. – Я и тебя не ждал, просто хотел разобраться, что произошло. Но раз ты жив, нужно сделать все, чтобы ты добрался до Семи Ветров.

Марк подозревал, что равнодушие это было показным. Он знал, что проводники обычно держатся сами по себе, но когда они живут в одном городе долгие годы, у них образуется довольно сплоченное сообщество. Те двое, которых забрала черная вода, будут оплаканы, но не здесь и не сейчас. Ничего еще не кончилось, Марк пока что не выжил…

За то время, пока его поднимали, холод окончательно до него добрался, обернулся крупной неконтролируемой дрожью, лишил последних сил. Да и то, что ему пришлось отдать сопротивлению, теперь его нагоняло: боль в измучанном теле усиливалась, голова шла кругом. Нейромодуль перешел на режим выживания в экстремальных ситуациях и отказывался реагировать на команды.

Хорошо еще, что проводники были подготовлены к зиме лучше, чем их спутник, они знали, что делать. Не дожидаясь Дагмара, они доставили Марка в транспорт, запустили на полную мощность печь, завернули в одеяла. Хотели для начала раздеть и вытереть, но от этого Марк отказался. Он не знал всех возможностей ткани, которую в Черном Городе использовали для военной формы, однако догадывался, что от нее будет больше толку, чем от сменной одежды.

А вот поданный ему термос с горячим напитком он принял с благодарностью. Марк понятия не имел, что это – по консистенции напоминало густой суп, по вкусу – травяной чай. Да и какая разница, что именно они туда намешали, если это разливалось теплом внутри и ослабляло боль?

Они тронулись с места, как только вернулся Дагмар. Лидер, тоже успевший промокнуть, переоделся и устроился у импровизированной постели Марка. Проводник и сейчас казался непробиваемо спокойным, но это была скорее маска, чем истинная реакция на произошедшее.

– Ты знаешь, что там случилось? – спросил Марк. Говорить стало легче, потому что он в целом чувствовал себя лучше, но до того самого «в порядке» ему было еще очень далеко.

– Да. Мне следовало догадаться раньше, и тогда мы избежали бы беды. Но в мою защиту могу сказать, что лично я никогда не сталкивался с подобным, мне доводилось лишь слышать об этом. Поэтому я оказался не готов.

– А уж я как не готов был… Так что это?

– Тебе доводилось слышать о таком явлении, как «смерть зимы»?

– Нет, но я – не показатель. Меня большую часть жизни готовили к постоянному пребыванию в Объектах, поэтому я не так много знаю о любых феноменах пустошей.

– Поверь мне, об этом феномене и в пустошах далеко не все знают.