Глава 12

Месяц спустя. Нейтральная полоса на границе княжества Кровень.

Уперев руки в бока, Ярхип задрал голову, рассматривая на фоне плоских горных вершин световой столб. Он медленно скользил взглядом от того места, где столб появлялся, и до самой его вершины. Там, на невообразимой высоте, этот бьющий вверх свет будто таял, пока вовсе не исчезал.

– Ишь ты, – буркнул он тихо.

«Вот бы подняться туда и взглянуть вниз, наверняка можно увидеть все Беловодье», – думал Ярхип и, поймав себя на этой мысли, хмыкнул. Недавно, почитай год назад, он бежал сломя голову от железодеев, а потом сидел в кустах и трясся от каждого шороха, а теперь вон стоит возле их логова и не страшно. Да еще как чаровое ремесло и пушкарское дело выучил, так все любопытно стало: что да как устроено. Даже порой уснуть трудно от вороха мыслей всяких. И все это благодаря князю, нет, уже государю.

Вспомнив о Воеводине, Ярхип пошарил взглядом по огненному небу и нашел темный прямоугольный силуэт, который отсвечивал голубым сиянием, после чего прошептал:

– Наблюдает.

– Господин лейтенант! – послышался окрик, но Ярхип никак не отреагировал, и тот повторился. – Господин лейтенант! – Не получивший никакой реакции кричащий выпалил: – Ярхип, тебя в пень!

Ярхип обернулся и увидел идущего к нему воя, в котором он узнал Инасима, наводчика из его бывшего пушкарского расчета, а нынче сержанта государева пушкарского полка.

– Но-но, – погрозил Ярхип пальцем. – За такое и схлопотать можно.

– Так зову тебя, зову, а ты не откликаешься, – с возмущением произнес сержант, когда приблизился.

Ярхип погладил висящий на груди лейтенантский погон и смущенно сказал:

– Не привык я еще на лейтенанта отзываться. – Он прокашлялся в кулак и уже твердым голосом спросил: – Ну чего там у тебя?

– Так еще один поезд с припасом идет, – Инасим повернулся и указал в сторону.

Ярхип посмотрел туда и увидел голубую полоску, движущуюся в поле и увеличивающуюся на глазах.

– Так чего стоишь? – недовольно буркнул он. – Открывай ворота и поднимай пушкарей на разгрузку, а то уже все бока себе отлежали.

Инасим выпрямился и с наигранной серьезностью громко сказал:

– Исполню все в точности, господин лейтенант, – затем развернулся и умчался к краю лагеря.

– Скоморох, – с улыбкой произнес Ярхип, провожая сержанта взглядом, а потом повернулся к складу припасов.

На открытом пространстве, прямо на земле стояли ящики со снарядами, уложенные друг на друга. Получилась целая стена высотой полтора метра, шириной пятнадцать и длиной уже почти сто метров.

– Господи, – перекрестился Ярхип, – куда столько?

Он вновь взглянул вверх, где на чаровой платформе находился Государь, после чего посмотрел на пушки, которых тот велел доставить аж сорок восемь штук. Вон, стоят аккуратно в четыре линии по двенадцать в каждой. Сияют задранными почти вертикально вверх стволами. Да, так вести огонь еще не доводилось, чтоб через гору перекидывать снаряды, но ничего, на полигоне получилось, и тут выйдет.

Ярхип пробежался глазами по расчетам, отметив, что дежурные на месте, ну а остальные, случись чего, смогут прибыть к своим пушкам меньше чем за минуту. Палаточный лагерь-то рядом, в пятидесяти метрах, да и не начнется ничего, пока поезд не разгрузится.

Лейтенант услышал громкий смех и машинально посмотрел в сторону источника. Там, в лагере, среди чаровых палаток собрались два десятка воев из десанта и периодически взрывались хохотом. Государь пригнал сюда всю роту этих прыгунов, вон и три Шушуна стоят. Ярхип задержал на них взгляд, представляя, какой это страх – прыгать с высоты, и его передернуло от такой мысли. «А этим хоть бы что, – подумал он, – поговаривают, что Государь специально отбирал в десант тех, у кого с головой что-то не то». Теперь их казармы все стороной обходят, от греха подальше.

Потеряв интерес к десантникам, Ярхип повел взглядом, рассматривая кучу снующего туда-сюда народу. Тех, кто занимается обихаживанием воинства, было как бы не больше, чем самих воев. А как иначе? Это ж нужно накормить, подшить чего, если порвалось, оружие починить, подлечить, если хворь какая прихватит, – да мало ли чего понадобится. Вою нужно думать, как воевать, а не как исподнее стирать: вот и ходят тут всех вместе, почитай, человек пятьсот, не меньше.

В этот момент внутрь лагеря, двигаясь на малой скорости, зашел поезд, и, провожая каждый проходящий мимо вагон, Ярхип с минуту поворачивал голову слева направо. Когда прошел последний, новоиспеченному лейтенанту в поле зрения попался чаровый забор, которым был огорожен лагерь, и он тут же перекрестился. Там, за оградой, своим лагерем стояли несколько тысяч не людей, которые время от времени подходили к забору посмотреть, что тут происходит. Каких только чудищ там нет, иные в страшном сне не приснятся, но Церковь говорит, что все мы – создания Божьи.