Его блестящий, наполненный весельем взгляд заставляет меня улыбаться, как дурочке. Этот парень дышит непринуждённостью. Похож на мужскую версию меня. Копящую флирт-приёмы, как любовниц в своей постели. Странно, я представляла Тео более сдержанным, судя по рассказам Альбы.

— Если бы я ответила «нет», ты бы обиделся?

— Я воспринял бы это как вызов, — парирует он с подмигиванием.

— Интересно, — говорю я, делая глоток вина.

Алкоголь согревает мне горло, я маскирую смущение, уставившись в свой бокал. Тео снова садится и подзывает официанта, чтобы взять меню сладких тапас.

Я наблюдаю за ним молча, пока он рассказывает, как хочет вернуться во Францию. Я слушаю его вполуха, слишком занятая изучением его.

Его коротко стриженные волосы — отличительный признак его профессии. Его тёплый взгляд, устремлённый на меня. Его озорная и харизматичная улыбка. Он стройный и очень хорошо сложен, но не в этом суть. Он излучает уверенность в себе даже в самой простой одежде — футболке и джинсах, и вот он безмятежен, будто собирается на бал. Эта мужская непринуждённость довольно примечательна. Мой бывший был таким же. Нет, он был менее красив, если подумать.

Этот мужчина хорошо воспитан — он подвинул мне стул, когда мы пришли, он улыбчив и вежлив, он образован и смешон. Идеальный коктейль для покорения сердец.

Его плечи широкие и напоминают мне плечи пловца. Его руки гибкие и мужественные. А его шея…

Чёрт возьми!

Куда делись его чёртовы родинки? Куда он их спрятал? Неужели они испарились?!

Я, наверное, смотрю на него очень невежливо, но плевать. Я не понимаю. Смотрю на другую сторону, но ни справа, ни слева. Ничего.

Тео продолжает говорить впустую, и теперь это больше не вызывает у меня никакого смущения.

Мой мозг крутится по кругу. Родинки, образующие созвездие. Французская литература, которая не по его вкусу. Несколько проколов, которые я заметила тут и там. Уверенность, что исходит от него, его манера флиртовать, его убеждённость в том, что он знает, как довести женщину до постели…

Всё проясняется. Я не единственная игрок в двойную игру сегодня вечером. По крайней мере, не единственная участница этой партии. Он играет в неё не меньше меня и, кажется, ничего не упускает. Жаль для него, у меня есть преимущество в один ход.

Я люблю играть. Не люблю проигрывать. И теперь у меня больше нет ограничений. Я уверена в одном сегодня вечером. Мужчина, что сидит передо мной, — не Тео. Тогда… начнём партию.

— Похоже, я могу завершить вечер в два хода, — перебиваю я его, ссылаясь на шахматы.

— Прости? — недоумевает он.

Я улыбаюсь ему во все зубы.

— Одно из двух: либо ты сходил к хирургу избавиться от комплекса, либо ты не Тео.

Моя фраза звучит почти как угроза. Мой тон твёрдый и резкий. Он ошеломлён и не знает, что сказать.

— Я…

— Погоди. Есть два способа решить это.

— Я не понимаю, — выдыхает он.

Внезапно, движимая мужеством или надеждой, уже не различаю, я делаю жест, о котором не подозревала бы сегодня вечером. Смотря ему прямо в глаза, я провожу рукой по волосам и резко срываю наскоро закреплённый парик. Так я обнажаю свою короткую стрижку, которой горжусь и которая гораздо больше похожа на меня. Настоящая я — вот она. Настоящая Альба ждёт исцеления, но не враньём и подражанием ей я ей помогу.

Потому что именно так — она моя лучшая подруга, я не могу продолжать эту игру в обман. Потому что это моя лучшая подруга, я спасу её от неё самой, от её лжи и отрицания. Потому что это моя Альба, я пожелаю ей найти любовь.

— Я не Альба.

Глава 24

Тео

Я мечусь как лев в клетке. Я знаю каждый угол этой гостиничной комнаты. То я резко сажусь на кровать, то вскакиваю, словно под мной загорелось, хотя ноги мои даже не сдвинулись с места. Я выхожу на террасу. Возвращаюсь. За шесть шагов достигаю ванной. И все начинается сначала.

Я думаю, что не стоило идти по легкому пути. Хотя… «Легкий» — громко сказано. Я поддался страху, как чертов трус. Я не люблю клише, но сейчас у меня конкретно такое чувство, будто мужество мое развеялось, как дым.

Я устал. Так устал от всего этого…

Я в который раз сажусь на край кровати, упираюсь локтями в колени и хватаюсь за волосы.

Мы в Лиссабоне. В городе, который я так хорошо знаю, где уходят корни. Я вздохнул с облегчением, ступив на землю, и вдруг почувствовал — на своем месте. Это чувство, будто немного вернулся домой, умиротворяющее душу, буквально пронзило меня. И когда мы нашли отель, чтобы было чуть комфортнее и главное — подготовиться к миссии, названной Алексисом «Свидание с Альбой», я был спокоен.

После месяцев общения я в последние дни явно ощущал ее нетерпение встретиться. Я представляю, как она топчется на месте, с волосами, собранными в пучок, сидит по-турецки на диване с кончиком ручки во рту. Очки съехали на кончик носа, и на лице застыло это ее маленькое выражение «интеллектуалки».