— На самом деле, у меня уже есть возможное решение.

— Какое? — спрашиваю, нахмурившись.

— Я, — тихо произносит голос у меня за спиной.

Голос хриплый и мягкий, от которого мурашки бегут по коже. Я оборачиваюсь. Это тот парень, с которым я столкнулась в коридоре. Он стоит, опершись на дверной косяк моей комнаты, и смотрит на меня с каким-то соблазнительным выражением (или мне это только кажется).

Отец, видимо, видит мое удивленное лицо, поэтому вмешивается: — Это Эрос, твой новый телохранитель.

Ладно, теперь я точно в шоке.

— Извините, я на минутку, мне нужно ответить на звонок, — говорит отец, выходя в коридор, чтобы поговорить с полицией, оставив нас наедине.

— Симпатичная комната, — комментирует Эрос, сложив руки на груди и оглядываясь. Его шаги гулко отдаются по деревянному полу, и я застываю.

Но вскоре прихожу в себя.

— Я не знаю, что здесь происходит, но хочу, чтобы ты немедленно вышел из моей комнаты, — требую я. Он садится на мою кровать и берет моего плюшевого жирафа, кладя его себе на колени.

— Не трогай это, тупица, — говорю, выхватывая игрушку из его рук и бросая на край кровати. Его глаза внимательно наблюдают за мной.

— Я сказала, чтобы ты вышел! — кричу на него.

Мне не нравится, когда чужие люди заходят в мою комнату, не нравится, когда нарушают мое личное пространство, трогают мои вещи и не слушаются меня. Этот парень нарушает все мои правила разом.

Когда он встает с кровати, оказывается совсем рядом, смотрит на меня сверху вниз с серьезным лицом. Он выше меня на две головы, наверняка старше на год или два.

— Не говори со мной в таком тоне, — говорит он едва слышным хриплым шепотом. Что-то притягательное ощущается в воздухе.

Я сглатываю.

— Думаешь, можешь меня запугать? Это мой дом, и ты в моей комнате, — говорю, скрещивая руки на груди.

Я вижу, как он сжимает челюсти. Кажется, его глаза темнеют, как будто злость скапливается в его темно-синих радужках. Мышцы напрягаются. Он похож на хищника, готового к прыжку, но я не сдаюсь и держу взгляд.

— Сейчас приедет агент, чтобы забрать письмо в отделение для анализа, — перебивает отец. Я отступаю на шаг, отдаляясь от Эроса, и поворачиваюсь.

— Папа, мне нужно поговорить с тобой, — он кивает. — Наедине, — добавляю, глядя на нежеланного гостя.

Эрос прищуривается и выходит в коридор, проходя мимо меня. Я следую за ним и захлопываю дверь почти у него перед носом.

— Какой же он придурок!

— Почему ты так поступил? — спрашиваю у отца. — Телохранитель? — усмехаюсь иронично.

— Тебе нужна защита, — серьезно говорит отец.

— Мне не нужна защита! Я сама могу себя защитить! Думаешь, я не смелая? Или потому, что я девушка? — возмущаюсь я.

— Риз, успокойся, — говорит он строго. Я скрещиваю руки и равнодушно смотрю на ногти.

— Ты самая сильная из тех, кого я знаю, но в такой ситуации сила тебе не поможет. Это не то, что можно контролировать. И твой пол тут ни при чем. Сегодня утром ты чуть не погибла под упавшим прожектором. Я уже потерял одного из самых дорогих мне людей, и не собираюсь потерять еще одного.

Он делает паузу.

— Я выделю ему комнату, и он останется здесь, пока мы не найдем виновного. Я хочу, чтобы ты вела себя с ним хорошо и не устраивала сцены.

— Ладно, — вздыхаю, уступая. — Откуда ты его взял? — спрашиваю так, будто речь идет о бездомной собаке.

— Это долгая история. Но не подходи к нему слишком близко.

— Почему?

— Он - плохое влияние, — отвечает отец, закрывая дверь, оставляя меня с каким-то странным ощущением в животе.

*** Звенит дверной звонок, и я подпрыгиваю с кровати, чтобы открыть. Наверное, это Лили. Я позвонила ей по телефону, чтобы рассказать обо всем, что произошло, и мы договорились встретиться и поговорить лично.

Открываю дверь и вижу её светлые волосы, обрезанные на уровне плеч, и её глаза, которые светятся. Мы обе кричим от радости, бросаемся друг к другу в объятия.

— Ну что? — спрашивает она, поднимая брови. — Он красивый?

Я пожимаю плечами. На самом деле, да. Теперь, когда я об этом думаю, он, ужасно красив, но я не собираюсь это признавать вслух. Вся его красота перекрывается тем, что он тупица. И не говоря уже о том, что он ещё и невоспитанный. "И не забывай, что он спас тебе жизнь на сцене", напоминает мне голос в подсознании.

— Судите сами. — отвечает голос из кухни.

Боже, его голос...

Мы обе поворачиваемся. Видно только его голову с каштановыми волосами, который роется в холодильнике, но Лили быстро краснеет. Он вынимает бутылку сока и машет ею в воздухе.

— Хотите? — спрашивает он.

Лили машет рукой, чтобы себя обмахнуть.

— Да, пожалуйста, я умираю от жары, — говорит она, направляясь к Эросу, красиво покачивая бедрами. Он кокетливо берет стакан и наливает ей.

— Большое спасибо, — отвечает она с улыбкой, прежде чем выпить.