— Может? Посмотри на себя.

— Прекрати, — Он сердито отстранился от нее. Из всего, что изменилось за последний год в моем королевстве, я была рада знать, что эти двое никогда не смогут измениться. — Я покидал замок и жил среди солдат. У меня инстинкты солдата, и эти инстинкты говорят мне, что что-то не так. Здесь есть кто-то, кто⁠…

— Здесь много кого-то, это празднование, мой дорогой брат. — саркастично сказала Нила, поворачиваясь лицом к толпе.

— Ты перестанешь меня перебивать? — Тиран глубоко вздохнул и провел рукой по волосам. — Боги, я скучаю по тем дням, когда женщинам, которые говорили не к месту, надевали намордники.

Я поперхнулась вином, которое потягивала, и быстро протянула кубок проходившему мимо слуге. Эмрис усмехнулся, и я метнула в него взгляд. Он притянул меня за талию, и мое лицо вспыхнуло.

— Намордники для животных, а не для женщин. — сказала я, заработав подмигивание от Нилы. — Надо бы сделать такой для тебя.

Тиран усмехнулся:

— Я не животное. Я мужчина.

— Какая разница? — серьезно спросила я.

Он перевел взгляд с меня на Эмриса.

— Меня здесь зажимают. Помоги своему новому родственнику. Какова твоя позиция? — спросил Тиеран, его выражение стало чуть более серьезным. Он проверял его. С момента их знакомства были лишь короткие, но напряженные формальные приветствия в коридорах. Честно говоря, я не знала, что кто-то из моих брата и сестры думает о нем.

Эмрис сделал вид, что задумался, и я игриво шлепнула его по груди, чтобы смягчить настроение. Он посмотрел на Тиерана и пожал плечами:

— Придется встать на сторону жены, потом ведь прирежет, если не встану.

Тиеран усмехнулся:

— Она дикая, правда? Удачи с ней.

Дверь в другом конце зала открылась, и вошел черноброненосец — солдат Малифика. Он выглядел бледным. Его глаза сначала метнулись к Эмрису, даже не взглянув на меня.

— Ваше Величество. — быстро сказал он, низко кланяясь. — Простите за вторжение, но… есть кое-что, что вам нужно увидеть. Кое-что, что вам всем нужно увидеть. Я направлялся на нижние уровни, чтобы отнести поднос заключенным, когда нашел… нечто вроде потайного люка.

— Он был скрыт? — спросил Эмрис.

Мужчина кивнул.

— Я еще не заглядывал внутрь. Подумал, вы должны узнать первым.

Эмрис немедленно шагнул вперед.

— Покажи мне.

Совет внезапно появился из толпы.

Большой группой мы быстро спустились в подземелья. Путь, по которому вел нас солдат, был тем, где я бывала мало. Подземелья не место для юной принцессы. Рваная щель в стене за самой дальней камерой привлекла мое внимание.

Магия покалывала мою кожу в тот момент, когда мы прошли сквозь нее. Было неправильно находиться так глубоко.

Мы прошли в еще один длинный коридор с грубыми каменными стенами, и в дальнем конце… камера. Она не выглядела старше года.

Эмрис заговорил с Тираном:

— Что ты говорил ранее? Что здесь кто-то есть?

Тиран кивнул:

— Я не знаю точно кто, но во дворце есть кто-то, кому здесь не место.

Эмрис заговорил у меня в голове:

— Я утрою твою стражу, пока все не уладится.

Я видела очертания в камере — фигуру, скорчившуюся в темном углу. Я шагнула ближе, но Эмрис уже был передо мной, рука вытянута поперек моего тела, как щит.

— Ни шагу ближе, — предупредил он.

Совет шептался между собой, и я оглянулась через плечо, чтобы увидеть испуганную Нилу, вцепившуюся в Тирана, который выглядел готовым ко всему.

Я выглянула из-за плеча Эмриса, и мое сердце остановилось. Длинные темные волосы. Худое лицо и руки. Оба запястья и лодыжки в кандалах. Кожа в полосах крови и шрамов.

Нет. Этого не могло быть. Но это была она.

— Мама, — выдохнула я. Мой голос сорвался на середине слова.

Раздались вздохи. Даже Эмрис вздрогнул — совсем чуть-чуть — словно увидел призрака, выползшего из могилы.

Потому что именно это мы и нашли. Женщина в тени медленно, слабо подняла голову — и темные глаза встретились с моими.

Женщина, которую я считала мертвой. Женщина, исчезнувшая в мифах. Моя мать. Живая.

Глава 49. Айла

— Когда я смогу ее увидеть? — спросила я, меря шагами комнату.

Меня целый год заставляли верить, что моя мать мертва. Я наконец вернула ее, и теперь меня держат в стороне. Что за жестокий мир.

Эмрис усадил меня и положил твердую руку мне на колено.

— Как только врачи разрешат, — сказал он.

Стук прервал нас, и стражник Малифика приоткрыл дверь.

— Еще беспорядки — на самой окраине столицы.

Конечно. Не все в моем королевстве еще приняли меня обратно. Эмрис встал и взглянул на меня, ожидая ответа.

— Я не уйду, — сказала я, качая головой. — Иди ты. Мне нужно остаться.

— Твои стражники будут снаружи. — Он коротко кивнул, затем последовал за стражником наружу. Я оперлась локтями о стол, опустив голову на руки. Секунды тянулись.