— В прошлом году, вместе с Хироном. Хирон не лжет, знаешь ли. Твой отец работал с ним, чтобы раскрыть правду о письмах. Принц Гвин должен был привезти их сюда в ту ночь, когда погиб, — она опускает взгляд на свои переплетенные пальцы. — Твой отец хотел прекратить вражду между Небулами и Эпсилонами с помощью этих писем. Он верил, что если обнародовать их — что бы там ни было написано, — это вернет веру в руководство Короны. Он был бесстрашным, и когда он умер, я думала, что его мечта о единой Короне умерла вместе с ним. Но теперь здесь ты, и глядя на тебя, я снова чувствую надежду.

Я отмахиваюсь от её наивности. Письма доказывают лишь то, что Арадия — Лунная ведьма, и ничего больше. Ничего хорошего из этого разоблачения не выйдет. Письма не объединят нацию. Они её уничтожат.

— Когда ты станешь королевой, Ли, ты докажешь, что Лун...

— Довольно, — обрываю я её, и Селена каменеет.

— Я не Лунная ведьма. Но если ты сделаешь или скажешь какую-нибудь глупость, я позабочусь о том, чтобы «Клинки» узнали, что ею являешься ты.

Я бы никогда так не поступила, но эта угроза может дать мне достаточно времени, чтобы забрать письма и убраться из города прежде, чем она поймет, что я блефую. Она молчит, и у меня внутри всё сжимается. Не верится, что я это сказала. Я точно попаду в ад.

— Я тебе не верю, — говорит Селена, пока я встаю.

— Плевать. Этот разговор окончен.

Выйдя из комнаты, я сталкиваюсь в коридоре с Уайлдером и Палласом.

— Ты в порядке? — Уайлдер сжимает мое плечо. Я заставляю себя улыбнуться ему.

— Всё хорошо. Просто хочу поскорее снять это праздничное тряпье. Что там с «Маленькой смертью»?

— Стряхивай пыль с танцевальных туфель, принцесса. Всё схвачено! — хохочет Паллас.

— Сначала нам нужно получить ответ от Зева, но мы стали на шаг ближе, — уточняет Уайлдер.

— Отлично. Мы можем уйти?

Селена появляется у меня за спиной.

— Я тебя подвезу.

Глава 31

УАЙЛДЕР

Я припарковываю мотоцикл у обочины перед четырехэтажным жилым домом «Радужные лофты», на самой границе между Выжженным районом и Астерхедом. Отпустив сцепление, я щелкаю выключателем зажигания. Ли по-прежнему прижимается к моей спине, словно влитая.

— Мы на месте, — говорю я, и она разжимает пальцы, которыми крепко обхватывала меня за талию. Я выдыхаю. Возможно, мне не стоило так лихо закладывать на поворотах.

— Когда придут Зев и Морин? — спрашивает Ли, слезая с байка.

— Скоро, — я снимаю шлем.

Без предупреждения Ли убирает прядь волос с моих глаз. Она стоит на краю тротуара на фоне стены, исписанной граффити. Дыхание перехватывает, когда наши взгляды встречаются. В её затуманенных глазах вспыхивает паника.

— Извини, — говорит она, отдергивая руку. Ей не нужно извиняться. Но я всё понимаю. Между разборками с «Никсом» и объяснениями с Джексоном после той ночи, мы ни разу не говорили наедине с тех пор, как поцеловались на балу. Это был секундный порыв, но я хочу повторить это снова.

Я оглядываю пустую улицу. Уже вечер, солнце скрылось за соседними зданиями. Зев скоро придет на встречу с Морин, чтобы я мог выполнить обещание, данное им в ночь с Харборимом. У меня мало времени, чтобы убедить Ли бросить затею с «Никсом» и искать письма без них — до того, как Зев даст нам пароль от «Маленькой смерти». «Никс» — это проблемы. Люди, доверившиеся им, заканчивают в тюрьме или в могиле. Я не допущу, чтобы это случилось с Ли.

— А где именно мы находимся? — спрашивает Ли. Я достаю латунный ключ из кармана куртки.

— Дезире купила это место перед смертью. Она так и не успела окончательно переехать. Теперь квартира моя. Морин тоже живет в этом доме, — так я и познакомился с Зевом. Я осматривал жилье, доставшееся мне по завещанию Дези, когда из квартиры четырьмя дверями дальше выскочила Морин с криками о незваном госте. Вместо того чтобы сдать Зева, я заключил сделку. — Пошли внутрь. Тут морозно.

Цифровая панель на входе загорается, когда я ввожу четырехзначный код. Стальная дверь жужжит, и мы заходим в вестибюль с акварельными картинами и пыльными искусственными растениями. Я веду Ли к лестнице, не желая ждать грузовой лифт.

Я отпираю дверь квартиры Дези на третьем этаже. Ли заходит первой и тут же замирает.

— А где мебель? — спрашивает она. Подойдя к ней сзади, я переспрашиваю:

— В смысле?

В комнате стоит диван в цветочек, пластиковый стол и два стула.

Ли хрипло смеется.

— Похоже, ты увидел этот хлам на обочине дороги и подумал: «О, сэкономлю на походе в магазин».

Я пожимаю плечами. Я так не думал, а вот Дези могла. Вещи из вторых рук были её вторым языком.

— Честно говоря, я тут почти не бываю, — это место лишь напоминает о сестре-близняшке, которую я потерял. — С бесплатным жильем в гарнизоне «Клинков», а теперь и в Роуэнском дворце, мне этот лофт ни к чему.

— Возможно, тебе не всегда хочется делить комнату с сотней соседей, — замечает Ли. Я бросаю ключи и куртку на пластиковый стол и включаю свет.