— Не называй меня так. И… — она бледнеет. — Надя, она… откровенно говоря, она коллекционирует Джерси. И достигла в этом завидных результатов.

— Понимаю ее, — и я правда понимаю. Дело в этой атмосфере: их хорошей одежде, том комфорте, который возникает рядом со спортсменами. И их уверенности.

Абсолютная противоположность той девушке, которая сейчас стоит передо мной.

— Понимаешь, мне просто не хочется, чтобы она, ну знаешь… — Твай морщится. — Делала это там, где я работаю.

— Вот как, — в ее словах есть смысл. Такие романы могут плохо кончиться и хоть я плохо знаю Твайлер, я вижу, насколько важна для нее эта стажировка. — А что изменилось сегодня?

— У Рида посинели яйца, — признается она, убирая прядь своих длинных волос за ухо. — Надя всегда была к нему неравнодушна, а сегодня она узнала, что он снова одинок. Я обещала ей дать шанс, но с условием, что это не просто на одну ночь.

— Думаешь, она сдержит свое слово? — я снова оглядываюсь на дом. Рид времени зря не теряет и пытается перейти к активным действиям.

— Единственное, в чем я могу быть уверена, кроме того, то Надя хочет быть трофейной женой, — ее преданность. Она не кинет меня.

— Понимаю. Преданных друзей сейчас сложно найти, — я киваю, надеясь, что она права. Люди могут сильно меняться, когда могут вот-вот получить что-то настолько желанное и недоступное.

— Что ж, увидимся на тренировке, — она натянуто улыбается мне и кивает на отдыхающих на вечеринке ребят. — Надеюсь, вы сможете вовремя остановиться.

Джефф играет во внутреннем дворике в «четвертаки»2. Аксель, как обычно, оголившись до пояса, уже обнимает двух сидящих на его коленях девушек, греясь у костра. Остальные развлекаются в компании Зета Сигма, и хоть обычно это ничем хорошим не заканчивается, но какого хрена? Какой смысл пахать, если при этом ты отказываешь себе в качественном отдыхе?

— Похмелье приводит к ошибкам. А они — к травмам. — продолжает Твай.

— Я присмотрю за ними, — отвечаю я, но она уже уходит к заднему выходу. — Эй, тебя проводить? Могу отправить с тобой кого-нибудь из парней.

— Нет, — она закатывает глаза. — Я живу всего в квартале отсюда. В бирюзовом доме.

Так близко? Никогда не обращал внимание.

— Что ж, еще раз спасибо.

— Рада была помочь.

У входа в дом меня все еще ждет Джинна, ее розовые ноготки нервно постукивают по телефону. Подхожу к ней, беру свое пиво с перил.

— Кто это был? — спрашивает она и обнимает меня за талию. Чувствую, как она прижимается ко мне и сразу вспоминаю о наших прерванных планах.

— Наш стажер из команды тренера, — я смотрю, как Твайлер пересекает внутренний дворик. Вспоминаю, что у меня есть совесть. Моя мама надрала бы мне задницу, если бы узнала, что я позволил девушке одной в темноте возвращаться домой.

— Черт, — хмурюсь. — Джин, будь умничкой, поднимись наверх. Я кое-что быстро сделаю и приду.

— Не заставляй меня ждать слишком долго, кэп, — ее рука скользит ниже пояса и касается моего члена. Вся кровь устремляется туда.

— Я бы не смог, — улыбаюсь ей.

Выйдя за ворота, вижу, что она уже прошла пол квартала. Бегу за ней и кричу, чтобы подождала. Она не поворачивается, и как только я добегаю и хватаю ее за плечо, она вздрагивает, словно я обжег ее.

— Ты что делаешь, Кейн?

— Пытаюсь проводить тебя домой.

Она поворачивается и смотрит на меня.

— Если вы с командой решили, что ты Капитан Америка, то это не значит, что меня надо спасать, и я в состоянии сама дойти домой. Может, ты только что разглядел во мне девушку, но я напомню, что я все ещё среди тех, с кем не встречаются. Так что будь добр…

— Парни просто прикалывались, никто так не думает.

— Поверь мне, Кэп, — говорит она, и в ее глазах мелькает что-то новое и мрачное. — Когда-то давно я уяснила, что монстры не прячутся в темноте. Они прямо у нас под носом.

Как только она произносит это, ее взгляд снова становится спокойным и отрешенным.

— Не важно. Все нормально. Мой дом прямо там.

Я не успеваю даже открыть рот, чтобы возразить, как она резко разворачивается. Спустя минуту я делаю то же самое и возвращаюсь в поместье. Она не моя головная боль. Твай мне никто. Я ничего и никому не должен, кроме себя самого и моей команды. Единственное исключение — полуголая девушка, которая ждет меня в комнате наверху, и именно с ней я собираюсь провести остаток этого вечера.

ГЛАВА 3

ТВАЙЛЕР

Единственный знакомый мне человек, кто может не спать в такое время, — моя мама. Поэтому в 6:30 утра, когда я иду по кампусу, мне не нужно смотреть на загоревшийся экран звонящего телефона, чтобы понять, что это она. Мама утверждает, что любит начинать день пораньше, но я знаю, что она опять не могла заснуть.

— Привет, мам, — говорю я, переходя через дорогу и отпивая холодный кофе в надежде, что он разбудит мой мозг.

— Идешь на тренировку?