Я открываю рот, чтобы рассказать ей, абсолютно все. О том поцелуе в кофейне, который завладел мной до самых кончиков пальцев. О том, как я чувствую себя смущенной и одновременно неуверенной рядом с ним. Отвратительные сообщения Шэнны, которые последовали за этим и то, каким раздраженным выглядел Риз. И самое главное — то, как больше всего мне хотелось доказать ей, что я не просто муравей, которого можно придавить ногой.

Но в итоге я оставляю это при себе и просто говорю:

— Мы просто тусуемся вместе.

— Тусуетесь вместе, — медленно произносит она. — с Ризом Кейном.

— Да, это ничего не значит, — я выхватываю у нее чипсы. — я серьезно.

— Да, конечно, — она достает телефон и открывает приложение Chattysnap. — Знаешь, сколько девушек было в публикациях Риза? Три. — Она держит телефон так, чтобы мне было лучше видно. — Его мама, Шэнна, а теперь ты. За все время.

— Что доказывает, насколько ему плевать на соцсети. Ты же знаешь, как парни к этому относятся.

— В том-то и дело, что знаю. Им не плевать. Гораздо больше, чем они когда-либо признают, — она смеется.

— Все равно это ничего не значит, — сжимаю в руке пустую пачку и встаю чтобы пройти через всю нашу маленькую комнатку и выбросить ее в мусорное ведро.

— Твай… — начинает Надя, но я бросаю на нее взгляд. Не сказать, что это остановило ее. — Что происходит? Он тебе нравится?

— Боже, нет! — выпаливаю я. Возможно, слишком быстро. — Ты же знаешь, что он не в моем вкусе.

Когда-то давно я сохла по эмо-боям в узких джинсах и с длинной челкой. Полная противоположность такому, как Риз. А сейчас? Сейчас у меня нет типажа.

Она закатывает глаза:

— Риз нравится всем.

Я не готова признаться самой себе, что Риз вызывает у меня чувства, хоть и сумасшедшие, волнующие или разочаровывающие, и уж тем более Наде. Она не поймет. Надя влюбляется во всех. Есть бесконечный список парней в университете, на которых она положила глаз. И с тех пор, как я рассталась с Итаном, эту влюбчивую часть себя я оставляла закрытой от все. Но в Ризе есть что-то такое, что заставляет снова вспомнить об этой стороне. Точно не с ним, но может быть с кем-то.

— Это нормально, если он нравится и тебе. Он же ходячий секс. Ты видела его без футболки? — она снова протягивает мне телефон, на котором уже открыто фото Риза, Джефферсона и Акселя, все трое с голым торсом, где-то на вечеринке у озера. Их тела просто обалденные.

— Я работаю с командой, конечно, видела.

Риз вообще словно из мрамора сделан. Сплошные твердые мышцы, идеальные кубики, словно лестница, по которой можно спуститься вниз, к глубоко посаженной V.

— Итан смог выебать тебе всю голову, Твай, но он не может забрать еще и твое будущее.

Что-то в груди сжимается из-за упоминания Итана, и я чувствую, как где-то внутри зарождается паника.

— Знаю.

— И это совершенно нормально, если ты снова окунешься в этот бассейн, полный свиданий, даже если тебе кажется, что он недосягаем.

— Риз Кейн — совсем не похож на купание в каком-то детском бассейне. Он чертов шторм в океане.

Я знаю, что это невозможно, но я все еще ощущаю его губы на моей щеке, как волосы на его затылке приятно покалывали пальцы, и эти бабочки, порхающие в животе.

— Но мы с ним дружим, и я стараюсь не упустить шанс попрактиковаться.

— Горжусь тобой, — усмехается она и кладет ноги на кофейный столик. — Просто подожди. Эта фотография Риза с тобой еще перевернет всю твою жизнь с ног на голову.

* * *

Позже, после душа, вижу в зеркале свое тату на бедре. Корона, заштрихованная темным, а вокруг нее причудливые цветы и закрученные линии. Я провожу большим пальцем по чернилам и чувствую скрытые под ними шрамы.

Вечное напоминание о том, как на меня повлиял Итан, мой первый настоящий парень.

Мы познакомились с ним на первой неделе учебы, на лужайке возле общежития первокурсников. Надя к тому времени уже нашла себе бейсболистов, а я не захотела присоединяться к их компании. Всю школу я провела в окружении спортсменов, с которыми работала по программе спортивной подготовки. Здесь же, в университете, мне хотелось быть в совершенно другой компании, и я была настроена найти ее.

Итан был полной противоположностью типичному спортсмену, одетый во все черное, включая джинсы. Даже несмотря на то, что еще стояла летняя жара. Долговязый, с узким лицом и острыми скулами, а вьющиеся волосы закрывали лоб и почти закрывали глаза, серебряное кольцо в брови. Всего этого мне хватило, чтобы меня потянуло как мотылька к огню. Спортсмены обычно не обращали на меня никакого внимания, но Итан… тогда он посмотрел мне прямо в глаза и спросил, не хочу ли я потусоваться с ним и его друзьями.